Размеренный стержень
Выводит коряво
Унылую будничность
Тающих дней
Я стержню подобный
По жизни упрямо
Бреду увлекаемый
Блеском огней

Я ветру подобный
Вливаюсь в пространства
Шершавые листья
Влача за собой
А после бездомный
Уставший от странствий
От жизни скрываюсь
И брежу тобой

Но снова и снова
Размеренным ритмом
Безликого стержня
Я в жизнь ухожу
И ты исчезаешь
В желании скрытном
Внезапно настигнуть
Едва упаду

1994 г

Поверженный демон угрюмо и дико
Смотрел неотрывно в бескрайнюю даль
Мой путь лежал мимо, я вздрогнул и крикнул
Поверженный демон мне жаль тебя жаль

С ним, встретившись взглядом, мой конь на дыбы встал
Он, было, рванулся, но я удержал
Был взгляд его буря неистовой силы
Но сердце твердило, мне жаль его жаль

Он губы раздвинул, и вырвалось слово
Страшнее которого разум не знал
Конечно, я струсил, но снова промолвил
Поверженный демон мне жаль тебя, жаль…

7 ноября 1994 г. – 15 сентября 2001 г.

Овеянный сказкой я
Тебя не послушаюсь
Надменный и дерзкий я
Возьму твою грусть

В ладони шершавые
Глазами колючими
И песню спою тебе
По этому случаю

И что-то надломится
В суровом строении
И искра засветится
В твоём настроении

Ты станешь послушнее
И лаской заполнится
Пространство бездушное
И прошлое вспомнится

И станет тепло-тепло
От чувств и от памяти
Ты снова пойдёшь легко
По нити натянутой

Над бездной грохочущей
Что жизнью зовём с тобой
Так что ты пророчишь мне
Забудь обо всём

1994 г.

Я загнанный в угол, я алчущий зверь
Я прутья как хворост ломаю клыками
Но ты не надейся, что выдержит дверь
Я кости твои при луне обглодаю

Я душу твою растопчу и обгажу
Дай только ослабить коварство петель
Никто не успеет заметить пропажу
И ты не надейся, что выдержит дверь

Ах, как я хочу твоей крови напиться
Ах, как я хочу растерзать твою плоть
Ты в клетку меня заманила, но слышишь
Затворы не вечны, возмездье придёт

И вот я лечу ослепляемый местью
Я выломал двери, тебе не уйти
Я вижу тебя, застывая на месте
Ещё раз сражённый дыханьем твоим

Ты манишь рукою столь хрупкой и нежной
Ты гладишь мне космы я падаю ниц
И вновь ослеплённый безумной надеждой
Покорно целую сандалии твои

1994 г.

Любимая моя ты предана другому
И все твои мечты наполнены другим
Любимая моя ты покорилась слову
Ты будешь ждать его, ты будешь вечно с ним

Любимая моя я звать тебя не смею
И всё же в глубине лелею образ твой
О многом не прошу, о прошлом не жалею
Не думать о тебе, не видится с тобой

24 ноября 1994 г.

Давай не будем говорить
Сегодня о любви
Давай не будем выяснять
Кто был вчера не прав
Пусть всё напрасно
И уже мне не вернуть те дни
Когда я счастлив был с тобой
Когда любил тебя

Давай сегодня помолчим
В последний раз вдвоём
Судьба внезапно нас свела
И так же разведёт
А осень за окном шумит
Ноябрьским дождём
И раздевает тополя
И о зиме поёт

Давай забудем обо всём
Ведь это всё прошло
Ведь говорила ты сама
Что невозможно так
И ты прости, но не хочу
Я больше слушать слов
Я не хочу проблем твоих
Я не хочу тебя

Давай не будем говорить
Давай забудем обо всём
Давай сегодня помолчим
Пусть только дождь поёт

1994 г.

Огрызок луны откушенной ночью
Бездумно и пошло в небе повис
Два года уже не виделся с дочкой
А всё эта странная нудная жизнь

В душном небе висит огрызок луны

Два года прошло в объятьях другую
Держу и целую признанья шепча
А жизнь, что комета, сгорает впустую
Огрызком луны как мечом палача

В душном небе висит огрызок луны

1994 г.

Когда-нибудь ты станешь лучше
Когда-нибудь ты всё поймёшь
Что наша жизнь всего лишь случай
Настанет день, ты всё поймёшь

Ты всё узнаешь, всё узнаешь
Поможет кто-то пусть не я
Найдёшь и снова потеряешь
Но это горе не беда

Всё в своё время жаль, конечно
Меж нами столько долгих лет
Поймёшь и ты, что мир изменчив
Быть может, вспомнишь обо мне

Настанет день, и ты захочешь
Вернуть десяток лет назад
А после тёмной душной ночью
Утонешь в собственных слезах

Когда мы молоды мир светел
Нам мрака ночи не понять
Я слишком рано тебя встретил
Да только некогда мне ждать

1994 г.

Весь вечер так стойко
На полке за стойкой
Подчёркнуто резко
Искрится хрусталь
Мещанское счастье
Куском ананаса
Мешая шампанским
Роняю в бокал

В глазах твоих томных
Пустая зевота
В словах бесконечных
Чужая мораль
Я порох развеял
По полю охоты
Смеётся весь вечер
Игривый хрусталь

Ты искристость линий
Собою являя
Намеренно грубо
Куда-то зовёшь
Я знаю, то будут
Преддверия рая
Я знаю, ты держишь
За пазухой нож

Но я повинуюсь
Пленённый бокалом
Куском ананаса
Застрявшим в зубах
Я позже скажу
Что мне этого мало
И есть лишь одна
Что живёт в моих снах

13 октября 1994 г.

Моя корона пропала
Может она, закатилась под стул
Что мне делать не знаю
Я никак её не найду

Куда же она пропала
Может, шут злодей утащил
Может, кошка с короной играла
А теперь вот иди, ищи

Или быть может это
Злые проделки врагов
Жадно ждущих рассвета
Затевающих заговор

Что мне делать не знаю
Без неё голова не та
И моя королева злая
Совсем погубит меня

Только, что это светит
Там, меж звёздных теней
Бросьте искать смотрите дети
Что стало с короной моей

В глубине звёздного трона
Рядом с полярной звездой
Сияет моя корона
Над моей головой

16 октября 1994 г.

Ты можешь задуть свечу
И утонуть в ночи
Но все чего я хочу
Молчи мое сердце, молчи

И пусть торжествует мгла
И ты мне шепнула, спи
Я силюсь закрыть глаза
Молчи мое сердце, молчи

Ты верная силе сна
Уже не слышишь часы
Как прелесть твоя нежна
Молчи мое сердце, молчи

Пусть крепость твоя тверда
Мне солнце вернет ключи
Оставь меня до утра
Молчи мое сердце, молчи

01 апреля 1996 г.

В этом мрачнеющем воздухе что-то не так
Звездная плесень на небе поверь неспроста
Выбей из рук его свечку кому он шлет знак
Было бы лучше, коль бились потише сердца

Это несносная мука довлеющий сон
Время, когда неподвластны приказам тела
Шорохи множатся и превращаются в звон
Было бы лучше, коль бились потише сердца

Где наши кони все так же безоблачен луг
Точен ли кнут и крепка ли рука пастуха
Сонные воины снова куда-то бредут
Было бы лучше, коль бились потише сердца

Время сомнений наперсток искусной швеи
Красною нитью украсит начало конца
Только ли в лучшее, веришь без устали ты
Было бы лучше, коль бились потише сердца

Встань утомленный бездонностью вещего сна
Плюнь в темноту, чтоб услышать паденье плевка
Все что ты видишь и слышишь, поверь неспроста
Было бы лучше, коль бились потише сердца

1995 г.

Заковал мороз
Арестантку ночь
В кандалы домов
Тучи прочь

Гонит на восток
Серебристый ветр
Корчится листок
Ждущий снег

Я смотрю в глаза
Ледяной луны
Не видать тепла
До весны

Требует пароль
Тополь постовой
Тополь не стреляй
Я свой

Вот он мой подъезд
Черная дыра
В тысячном углу
Ты и я

Гонит ветер прочь
Не жалея ног
Арестантку ночь
На восток

01 сентября 1995 г.

По ком звонит, по ком страдает
Безумный колокол души
Кого так тщетно выбирает
В людской глуши

Быть может ты ответ вопроса
И цель безудержной стрелы
Я заплетаю в твою косу
Желанье тайное души

В твоем лице ищу я света
В твоей душе ищу призыв
Я жду, я жадно жду рассвета
А с ним единственной любви

январь 1995 г.

Мои мысли разбиты в прах
Память скрыта под пеплом
Твое имя в моих устах
Только эхо

И дорога улизана льдом
К твоим окнам, зовущим в рай
Ночь, когда мы были вдвоем
Настань

День поссорил, день был не наш
И я проклял тот день
Может это преступная блажь
Твоя тень

Мои мысли разбиты в прах
Все ушедшее сон
Твое имя в моих устах
Вечный стон

09 января 1995 г.

Жил петух, забот не знал,
Дом хозяйский навещал.
Он частенько в нём бродил,
Мысли светлые носил.
Как-то поздним вечерком,
Вновь петух явился в дом,
Видит, в доме гость в усах,
Свет искрит в его глазах.
Гость на Петю бросил взор,
С хожу начал разговор:
- Что ты бродишь, словно тень,
Ну-ка, живо на плетень!
Место там твоё, дружок,
Должен знать ты свой шесток!
Говорит ему петух,
Он к таким советам глух:
- В доме я всегда брожу,
Криком горло не тружу,
И покой здесь, и уют,
И покушать мне дают!
Таракан завёлся вдруг,
Слов не ищет он вокруг:
- Ты не дружишь с головой,
Домик этот, Петя, мой!
Я родился в нём и рос,
В дом не суй ты лучше нос!
Петушок встал поперёк,
Он молчать никак не мог:
- В разговоре не кружи,
Кто ж ты сам такой, скажи?!
Гость ему и говорит,
Голосок его сердит:
- Я хозяин-таракан,
Ты случайно, друг, не пьян?!
Перед ним петух не млел,
Вниз он пристально глядел:
- Вот какой ты карапуз,
А в словах, милок, ты туз!
Таракан в мечтах не вяз,
Тратил слов своих запас:
- Я хотя, петух, и мал,
Много живности умял!
Так что пыл ты свой умерь,
На глазок меня не мерь!
Петушок улыбку скрыл,
С тараканом был он мил:
- Ты, выходит, как медведь,
Я умнее буду впредь!
Таракан пошёл в разнос,
Задирает кверху нос:
- Бык пред мной, петух, слабак,
Он познал уж мой кулак!
Да и конь тот был не смел,
Бил его я, как хотел,
И барана сунул в грязь,
Ниже уж ему не пасть,
И курей гонял, и коз,
И букашек, и стрекоз!
Петя сделал грустный вид,
Таракану говорит:
- Ты, видать, и ешь, как слон,
Коль в рассказах так силён?!
Таракан даёт ответ,
В голове мыслишек нет:
- С пищей нет, петух, проблем,
Хлеб я ем и мясо ем,
Молоко и сливки пью,
Их я, Петенька, люблю!
Петушок не прятал глаз
И в словах своих не вяз:
- Славно, славно таракан,
Вижу, ты и бодр, и рьян!
Молоко и сливки пьёшь,
Значит, ты на вкус хорош!
Вдруг петух пред ним икнул,
Грозно глазками сверкнул,
Резко голову склонил,
Таракана... проглотил.
Рассуждать он тут же стал,
Слов красивых не искал:
- Таракан был горьковат,
Видно, ел он всё подряд!
Та букашка всё ж вкусней,
Нет по вкусу равных ей.
Ну, а коль зерно склевать,
Можно век не горевать.

Конец

Стынет церковь на пригорке,
Тянет с поля холодком,
Дым витает светло-горький,
У села и над селом,
Где-то скрипнула ступенька,
В будке пёс во сне скулит,
Старый клён у врат давненько,
В боли стонет и скрипит.
Роща спит, забыв печали,
Спит луна, как ангелок,
Ей серебряные дали,
Треплют в скуке лунный рог,
А мороз, забот не зная,
У окошка в сотый раз;
Кошка спит, на печке тая,
Кошке снится дивный спас.

А если я брошу Луну, как мячик,
Ударив о Землю, что было силы -
Луне станет больно, она заплачет
И тихо спросит: "За что же, мой милый,
Меня с высоты ты небесной сбросил -
Ведь разве меж нами было плохое?",
И после вопроса душа, как в осень
Уйдёт, и мне вдруг не станет покоя,
Но будет так грустно и одиноко,
Как будто друг лучший был мной потерян,
И тут я пойму, что Судьба жестока -
На радость всем сплетникам, злым тетерям.
А, впрочем, что о них думать сегодня? -
Ведь жалко же времени на пустое.
Я в мыслях отправлю их в преисподнюю
И попросту наглухо дверь закрою.

Светит солнышко с небес,
Утру радуется лес,
Птички песенки поют,
Мошки стайками снуют,
Над цветами пчёлок рой,
На цветочках по одной;
Никаких меж ними ссор,
Им в охотку мёда сбор!
Только двое тех зайчат,
Прыг и Скок, в лесу грустят.
Говорит вдруг Скоку Прыг,
Он срывается на крик:
- Доля ваша нелегка,
Доля наша, Скок, горька!
Страх во мне с утра сидит,
Глаз сомкнуть он не велит!
Разве можно жить нам так,
Коль внутри себя наш враг?!
Отвечает ему Скок:
- Я от страха, Прыг, промок!
Жить давно уже боюсь,
Года два уж не смеюсь!
Лап, дружок, нам не жалеть,
Нам до срока их стереть!
Прыг слезу скорей смахнул,
Он с тоской вокруг взглянул:
- Так нельзя, дружище, жить,
Страх всегда с собой носить,
И дрожать так день и ночь,
Лучше уж себе помочь!
Утопиться и весь сказ,
Тут никто нам не указ?!
Согласился с Прыгом Скок:
- Прав, однако, ты дружок!
Так давай же, поспешим,
Думку нашу мы свершим!
Зайцам в стразе не зевнуть,
Им до речки труден путь;
У реки вдруг гвалт и визг,
Вдоль реки лягушки вниз,
В камыши и речку, прыг,
Тишь и гладь повсюду вмиг.
Скок от счастья сам не свой,
Крик раздался над рекой:
- Нас бояться, видишь, друг,
Страх в лягушках и испуг!
Им живётся тяжелей,
Страх намного в них сильней,
И топиться нам не в спех,
Станем жить мы без помех!
Прыг и Скок пустились в лес,
В речку страх зайчат полез.
Им лягушки вслед глядят,
Им лягушки вслед трещат:
- Мимо нас прошла гроза,
Как искрят у них глаза!
Два клыка наводят страх,
Отсидимся, в камышах!
Да зайчишки вдаль бегут,
Смех их слышен там и тут;
Можно прыгать и скакать,
Веселиться и кричать.

Конец

Я упоение искал в губах твоих.
В глазах зелёных доставал до дна.
Тонул. Мечтал. Всплывал во снах своих.
Дышал и жил, тебя любя!

С безумством Сальвадора, кистью на холсте,
Пытался рисовать твои черты и блики -
Где утренний рассвет купается в листве,
На фоне обнажённой Эвридики.

Какие краски! Смелые мечты!
Дышать и чувствовать дыханье.
Поэтом быть во имя красоты!
Художником во имя покаянья!

Тебя рисую строчкой на листе –
Улыбку задумчивой Джоконды.
Переплелося всё - Краски на холсте.
Слова любви и музыки аккорды!

Тонуть, всплывая от радости крича!
Любить и быть любимым без причины.
Мечтать, летая где-то в облаках.
И снова жить под звуки лиры!

9 том. Июль 2013.

Изгоем, в царстве мёртвых снов,
Я жил, с надеждою на рай.
Одно я понял – Башлачёв
Был прав! Переступив за край…

Тянутся в небе косяки –
Кто в Новый Свет,
Кто в Старую Европу.
Да только мне – не по себе.
Я остаюся здесь по к зоту!

«Родился, так пляши в огне»!
А ад, как ад, тут место много!
Играть на кухнях на струне.
Да песни петь, взяв шесть аккордов.

Великий Боже, нам прости,
Язычество в стихах и песнях!
Пой колокольчик! Пой! Звени
На шее Сашки поднебесье…

Июль 2013. 9 том.

Я всяким могу быть по сто раз на дню.
Могу быть студентом и гуру.
Бываю «горячим», подобно огню,
А, также – спокойной фигурой.

Могу ненавидеть, влюбиться могу,
Ещё – пошутить и поплакать.
Порой – невнимателен и – начеку,
Решителен, вовсе, как слякоть.

Завишу от места, от занятости
И от окружения тоже.
Могу испугаться, кого-то спасти,
Ранимым быть и «толстокожим».

Я – разный. И что же? Как каждый из нас.
Сам Янус двуликий – мальчишка
В сравнении с тем, кем бываю подчас.
Я – честен… пока, даже слишком.

Я «в стол» пишу не про пустыню Гоби.
Хотя, ещё там есть о чём писать.
Я прячу в нём любимейшее хобби,
Как прячут от стыда свои глаза.

Кому сейчас нужны стихи такие?
Наверно никому, а только мне –
Приземистые, словно от сохи я,
Написанные на дубовом пне.

Но я пишу и сам себе читаю.
Никто не хочет слушать и читать.
Скорей бы точка, а не запятая.
Скорей бы полночь, укради их, тать.

Я слушаю музыку Ретро FM.
Она очень слух мой ласкает.
В такие моменты нет вовсе проблем
И жизнь не нужна мне другая.

Парю в облаках я. Так здорово мне!
Вот он – настоящий наркотик.
Я – в сказке и – просто в волшебной стране,
И там оставаться не против.

Мелодии льются хрустальной рекой
И всё заливают настолько,
Что двигаться можно довольно легко,
Сливаясь с пространством потока.

Не пишет таких нынче песен никто.
Мельчает народ, видно, что ли?
Пытается, но всё выходит не то.
Не знаю, кто этим доволен?

Поэтому слушаю Ретро FM
И записи тех лет минувших
От «Слэйд» и Высоцкого до «Бони М»…
Их песни – бальзам мне на душу.