В луга, в луга,
Забыть печали,
Там пахнут свежие стога
И манят дали,
Там росы чистые и свет,
Парит там ангел над цветами,
Там, в травах, скину пару лет,
Там ночь потрогаю руками.
Там я найду себе приют,
Там в стог прилягу у дороги,
Пусть дождь и ветер травы мнут
И совы ухают в тревоге,
А утром ранним, в час хмельной,
Пойду я лугом, напрямую.
Там церковь встала над рекой,
Я помолюсь за Русь святую.

В нежно-тихую рань
Просыпаюсь в лугах,
И куда я ни глянь,
Ночка дремлет в стогах.
Льёт небесная высь
Дивный набожный свет,
Там тебя заждались,
А, быть может, и нет.
Я смеюсь и пою,
Благодать и покой,
Обнимаю зарю
И дышу синевой.

Автор: Виктор Шамонин-Версенев

После ветра, после гроз,
Лось гулял среди берёз.
Ох, и сильный ветер был,
Много он берёз свалил.
Скоро лось картину зрел,
Лось в испуге онемел;
Под стволом тем волк лежит,
Лап своих не шевелит!
Волк стал в радости скулить,
Стал слова пред ним стелить:
- Коль нам встретиться пришлось,
Помоги скорее, лось,
И рогов ты не жалей,
Ими ствол цепляй скорей;
Подними его чуток,
Я и выскочу, дружок!
Лось не стал идти в отказ,
Он в словах своих не вяз:
- Помогу тебе я, волк,
Хоть и ствол, скажу, тяжёл!
Лось не стал жалеть рогов,
Дело сделал он без слов;
Ствол рогами приподнял,
Волк пред ним в улыбке встал:
- А сейчас тебя я съем,
Дам урок зверям тут всем!
Лось обиделся до слёз,
Волку он сказал всерьёз:
- Я тебя от смерти спас,
Ты же мне грозишь сейчас?!
Волк с ехидцею кричит,
Кажет он клыки на вид:
- Кушать я, дружок, хочу,
Пир такой здесь закачу!
Волк пред волком не юлил,
Волку сразу предложил:
- Видишь, к нам идёт медведь,
Дело будем с ним иметь.
Пусть он спор наш разрешит,
Суд над нами свой свершит!
Скоро Мишка слушал сказ,
Не сбивал он их ни раз.
Подошёл медведь к стволу,
Им не нёс медведь хулу:
- Как поднял ты ствол, а, лось,
Не песка ведь поднял горсть?!
Должен дело я понять,
Подними-ка ствол опять!
Лось рогами ствол поднял,
Миша волку вдруг сказал:
- Под берёзку, волк, подлезь,
Сохрани ты волчью честь!
Щель мала, смотри, дружок,
Как под ней лежать ты мог?!
Возмутился серый волк:
- Я подлезу вмиг под ствол!
В это ты, медведь, поверь,
Время мне на то не мерь!
Шустро волк под ствол залез,
Взгляд уставил до небес.
В словесах медведь был прост:
- Ствол клади на место, лось!
Лось приказ исполнил вмиг,
На весь лес раздался крик:
- Понял, Миша, я твой ход,
Думать буду наперёд!
Свой язык я проглочу,
Кушать больше не хочу!
Ствол приподнял Мишка сам:
- Ты попал, волчище в срам!
А теперь отсель беги,
Лап своих не береги!
Волк пустился наутёк,
Лап своих он не берёг!
Улыбнулся вдруг медведь:
- Шустро убыл волк, заметь!
Он лихой и лютый зверь,
Волку, лось, ты впредь не верь!
Лось его совету внял,
Слов красивых не искал.
Взгляд он бросил на простор
И побрёл в знакомый бор.
Мишка тут же лёг под куст,
Не смыкал во сне он уст;
Разговоры с кем-то вёл,
В той улыбке Мишка цвёл.

Конец

Прожила лиса без бед,
Не один десяток лет,
Никогда не дула в ус,
Ощущала жизни вкус.
Тут явилась старость к ней,
Хоть рекою слёзы лей;
Силы в лапах никакой,
Ей не в радость свет дневной.
Рассуждать лиса взялась:
- В лужу мне нельзя упасть!
У медведя есть изба,
В ней пожить моя судьба!
Слов лисичке не толочь,
Мысль легко с собой волочь;
Заявилась к Мишке в дом,
Бьёт лиса пред ним челом:
- Милый Мишенька, мой свет,
Жизнь моя теряет цвет.
Стала старой я совсем,
Много сплю и мало ем.
Дай в избе ты мне пожить,
Мне себя не прокормить!
Пожалел её медведь:
- Мне грешно тут не хотеть.
Время то не за горой,
Старость та придёт за мной.
Полезай, лиса, на печь,
Силы сможешь там беречь,
А с едой проблем не знать,
Будешь жить, не горевать!
Радость ей не скрыть ничуть,
Ей спины теперь не гнуть,
И лиса пошла в обход,
Там, в сенях, уж лапы трёт.
Взгляд лисы огнём горит,
Мёд она в кадушке зрит:
"Ах ты, Миша-Михаил,
Жизнь мою ты подсластил!
Силы я в себе найду,
Ночью в сени я приду"!
Вот на двор ступила ночь,
А лисе уже невмочь;
Стук да стук она хвостом,
Глазки кажет с огоньком.
Мишка задал ей вопрос,
Взглядом он к лисе прирос:
- Что ты, лисонька, не спишь,
Целый час хвостом стучишь?!
Да лисе не тратить слов,
У неё ответ готов:
- Там, в сенях, мышей полно,
Выгнать их пора давно!
Всё пищат они, пищат,
Сон мой чуткий теребят!
Отвечает Мишка ей:
- Так гони их из сеней!
И лиса с печурки, прыг,
В сени ходом, напрямик;
Мёда в бочке в самый край,
Только лапой управляй!
Съела лисонька вершок,
Вновь на печке греет бок.
Мишка глазки приоткрыл,
Словом лишним не грешил:
- Мыши вроде б не пищат,
Будешь спать, лиса, в услад!
В небесах лиса кружит,
Языком едва шуршит:
- Прогнала мышей я всех,
Им теперь не до потех.
Спи, Мишутка, без тревог,
Для мышей есть в поле стог!
Скоро день явился в дом,
В срок и ночка чередом.
Вновь хвостом лисичка бьёт,
Глаз от Мишки не ведёт.
Мишка гнев не проявлял,
Он лисе вопрос задал:
- Что ты, лисонька, не спишь,
Два часа хвостом стучишь?
Да лисе не тратить слов,
У неё ответ готов:
- Мыши те опять в сенях,
Потеряли, видно, страх!
Всё пищат они, пищат,
Сон мой чуткий теребят!
Отвечает Мишка ей:
- Так гони их из сеней!
И лиса с печурки, прыг,
В сени ходом, напрямик.
Ест она пригоршней мёд,
В бочку с мёдом нос суёт;
Как наелась, вновь на печь,
В мыслях ей теперь не течь.
Мишка чуткость проявил,
Он ей время уделил:
- Мыши вроде б не пищат,
Будешь спать, лиса, в услад!
У лисы один ответ:
- Да, мышей в сенях уж нет!
Спи, Мишутка, без тревог,
Для мышей есть в поле стог!
Месяц вышел за плетень,
В избу входит новый день.
Мишка утром встал с зарёй,
Накрывал он стол с душой;
На столе том самовар,
Пирогов пахучий жар,
А коль мёда есть запас,
К чаю мёд им в самый раз!
В сени Мишка завернул,
Век над бочкой не сомкнул:
- Эко диво, мёд пропал,
У меня он год стоял!
Возвратился Мишка в дом,
А лиса уж за столом!
Почесал он нервно нос,
Учинил лисичке спрос:
- Там, в сенях, стоял медок,
И куда ж он деться мог?!
В удивлении лиса,
Лапой трёт она глаза:
- Это мыши съели мёд,
Знаю их мышиный род!
Мишка в думку ту полез:
- Тут, лисичка, тёмный лес!
Мыши мёду не едят,
Он для них смертельный яд!
Да лисе стыда не знать,
Не судьба ей горевать:
- Нет цены таким словам,
Может, съел медок ты сам?!
Возмутился Мишка, жуть:
- Можешь ты, лиса, куснуть!
А лиса и говорит:
- Ум, твой, Мишенька, чудит!
А медок мы твой найдём,
На полянку, друг, пойдём.
Там, на солнце, полежим,
Наш вопрос и разрешим;
Коль на солнце греть живот,
Вмиг наружу выйдет мёд,
И посмотрим, кто же прав,
Без размолвок и расправ!
Вот прошёл какой-то час,
Не сомкнёт лисичка глаз.
Мишка очень крепко спит,
Сны прекрасные глядит.
Тут лисичка ходом в дом
И назад бежит, с медком;
Наскребла по дну чуток,
Пригодился ей медок;
Мишке мажет им живот,
Вся в той радости цветёт.
Мишка кажет сонный лик,
Вдруг он слышит дикий крик:
- У тебя живот в меду,
Я тебя, мой друг, пойму!
Ведь на то ты и медведь,
Как тут мёду не хотеть?!
А меня винить не смей,
Нет в лесу лисы честней!
Ночью Мишенька не спит,
Он под нос себе бубнит:
- Мыши мёду не едят,
Он для них смертельный яд,
Но и я медок не ел,
Кто ж кадушку мёду съел?!
И опять твердит своё:
- Но не ел я, ё-моё!
Да лисичка крепко спит,
Тем хвостом уж не стучит,
А в сенях мышиный бал,
Спать лисе он не мешал.

Конец

Стоит средь цветов телёнок,
Радость в телячьих глазах,
Видать, заплутал спросонок,
Впервые малыш в лугах.
Ромашки, анютины глазки,
Мяты душистая кладь,
Он вдруг окунулся в сказку,
Стараясь её понять,
Смотрел на цветы умильно,
Нюхал один, второй...
Ох, пахло как Русью сильно,
Русью совсем другой.
Забыт им сарай дощатый,
Унылый и грязный двор,
Глиняный дом горбатый,
Старый гнилой забор.
Телёнок взбрыкнул игриво,
Вышел к дороге следком,
Мама встречала красиво;
Лизнула сынка языком
И в чувствах своих ребячьих,
Пред мамкой он стал чудить;
Из глаз золотых телячьих,
Катились слезинки в сныть.

Поле-полюшко в цветах,
Небо - синь бездонная.
Русь вздремнула на стогах,
Богом бережёная.
Льёт от края и до края
Радость и печаль;
Над цветами, ангел тая,
Обряжает их в сусаль.
Запах мяты и полыни,
Одинокий клён,
И качает нити сини,
Колокольный звон.

Двадцать пять годков подряд,
Службу с честью нёс солдат.
Он в походах трижды был,
Много подвигов свершил,
Дважды ранен был в бою,
Видел рядом смерть свою;
Вдруг случилось чудо здесь,
Кажет царь солдату честь.
Он дал вольную ему,
Наградил крестом к тому.
Шёл солдат теперь домой,
С серым ранцем за спиной;
Песню бодрую поёт,
Грусти ходу не даёт.
Скоро сбился он с пути,
Той дороги не найти;
Незнаком солдату край,
Тут и ноченьку встречай.
Да солдат не унывал,
На постой к старушке встал.
Ею был на чай он зван,
За столом творил роман,
Ведал ей о службе сказ,
Привирал чуток, не раз!
А старушка, знай, молчит.
На него с тоской глядит,
И служивый скромно смолк,
Не возьмёт никак он в толк:
"Соблюдал я вроде такт,
Что-то, право, здесь не так"!
Он пред нею не юлил,
Напрямик её спросил:
- Вижу, мать, в твоих глазах,
Затаились боль и страх,
Поделись бедой своей,
Не ходи в обнимку с ней;
Не останусь я в долгу,
Может, чем и помогу.
Молвит бабушка в ответ:
- Тут, сынок, секрету нет.
Все мы ране справно жили
И медок, и пиво пили,
Пели песни у костра,
Аж до самого утра,
А теперь в нас страх один,
Он над нами господин.
Царь наш вовсе как-то сник,
Не живёт уже мужик;
Во дворце своём сидит,
Сам с собою говорит,
А вот суть сего, проста,
Вся поверх лежит она;
У царя есть дочка, Злата,
И красива, и богата;
Вмиг явился тёмный Принц,
Сытый, наглый, рыжий свин!
Он стал сватать царску дочь,
Грязь в словах своих толочь.
Царь разгневан очень был,
Напрочь вежливость забыл;
Выгнал Принца он взашей,
Тумаками, посдобнЕй!
Тотчас отбыл Принц к чертям,
Заложил им душу там,
И чертей он всех обвёл,
Их на дочь царя навёл;
Лишь та ноченька на двор,
Во дворец уж бес попёр;
Прут всегда по одному,
Я не знаю, почему,
Правят прямо к спальне ход,
Каждый дочку ту ругнёт.
Каждый ноченьку не спит,
Страхи в спаленке клубит.
Всякий люд к царю ходил,
Бесов этих изводил,
Бесполезно только, знай,
Обнаглели черти, в край;
Все от них тринадцать бед,
Надоели, спасу нет,
И пробьёт, я чую, час,
Бесы примутся за нас;
Потому мы слёзы льём
И печаль в себе несём.
Призадумался солдат:
"Ясен мне теперь расклад!
Не впервой чертей гонять,
Я смогу их обуздать"!
Мысль солдат не потерял,
Пред царём с зарёй стоял:
- Слышал, батюшка, я сказ,
У тебя беда сейчас.
Мне за честь царю помочь,
В порошок чертей столочь;
Станет дочь твоя живать,
Краше солнышка блистать,
И в тебе взыграет дух,
Вижу, ты совсем утух!
Царь к служивому приник,
Не скрывал печаль старик:
- Как тебе, солдат, я рад,
Помоги же мне, солдат;
Нету моченьки моей,
Видеть этаких гостей!
Вновь солдатик речь завёл,
Все слова он к делу свёл:
- Ты дубинку, царь, мне дай,
Карты, свечи и ступай;
Дальше в дело я вступлю,
Им внимание уделю!
Вот прошёл какой-то час,
Получил солдат заказ.
Тотчас взялся он за труд;
Из дворца прогнал весь люд,
К двери спальни стол припёр,
Тут же им ту дверь подпёр;
Стопкой карты положил,
Свечи скоро запалил,
Примостил дубинку в стол,
На чертей был очень зол.
В полночь тенью чёрт возник,
Чёрт готов сорваться в крик;
В спальню путь ему закрыт,
Бес в смятении стоит:
"Эка невидаль, солдат,
Да побил бы их всех град!
Кто его сюда приткнул,
Чтоб навеки тот уснул?!
Как же в спаленку пройти,
Пост солдатский обойти"?!
Мимо чёрт решил шмыгнуть,
Вдоль стены он двинул в путь.
Той минуты не прошло,
Криком воздух сотрясло:
- Ты куда, чертёнок, прёшь,
В спальню больше не войдёшь,
И шутить со мной не смей,
Не таких я бил чертей!
Бес стоял пред ним столбом:
"Не попрёшь тут напролом! -
Карты чёртик вдруг узрел,
Весь, в надежде, пропотел. -
Раз картишечки лежат,
Поиграть не прочь солдат;
Знаю их, служивых, племя,
Губят всЁ на карты время!
Суетиться чёртик стал,
Мысли он на речь менял:
- Окажи, солдат, мне честь,
Коль я карты вижу здесь;
Проиграешь, дай пройти,
На моём не стой пути;
Если проигрыш за мной,
Соглашусь на всё с тобой!
Щурит глазоньки солдат,
Речи чёрта был он рад:
- Ночка, чёрт, моя длина
И на то игра дана;
Проиграешь, не серчай,
Щелбанов заполучай,
У меня они крепки,
Лоб свой, чёртик, береги!
Только бес засел за стол,
Вмиг себя в игре извёл;
Проиграл он много раз,
Потерял былой окрас.
Да солдат от счастья млел,
Он бесёнка не жалел:
- Коль ты в это дело влез,
Будет спрос по полной, бес!
Долг он, красен платежом,
Смысл любой игры есть в том;
Так что голову пригни,
Предо мною лоб яви!
Задрожал тщедушный чёрт,
В мыслях в дом родной попёр;
Да бежать ему нельзя,
Крепко выпорют братьЯ;
Оправдание, не в счёт,
Там дела идут в зачёт.
Чёртик голову пригнул,
Глазки-щёлочки сомкнул,
Хлюпнул громко пятачком,
Сжался весь в единый ком.
Тут солдат дубинку взял,
Беса ею огулял.
В страхе чёрт упал на пол,
Криком воздух расколол:
- Что ты делаешь, солдат,
Я щедротам сим, не рад,
Хоть чуток меня жалей,
Милосердным быть умей!
Да солдат про честь забыл,
Гнев солдат на чёрта лил:
- Я вас, черти, вмиг уйму,
Слову верьте моему!
Он бесёнка вновь огрел,
Бес от боли закряхтел.
Вдруг взмолился громко чёрт,
Он язык словами тёр:
- Долг, солдат, деньгой возьми,
Не ложиться ж мне костьми,
Нас, чертей, ещё двенадцать
И за всех мне отдуваться?!
Да солдат не уступал,
Дело делать продолжал:
- Скоро встречу вас я всех,
Вход ко мне вам без помех;
Распахну пред вами дверь,
Дело сделаю, поверь!
Чёрт не в шутку занемог,
Взглядом ловит он порог:
"Видно, мне пора сквозить,
А иначе мне не жить;
У своих там, не убьют,
Разве, чуточку побьют,
Это мелочь, ерунда,
Сохраню хоть жизнь тогда"!
Подскочил на ноги чёрт,
Из дворца бегом попёр.
Прибыл к деду он без сил,
Чёрт на грани слома был;
Ведал он ему свой сказ,
Не искал красивых фраз.
Внука дед не понимал,
В гневе внуку он сказал:
- Видно, слабенький ты, внук,
Коль пришёл совсем без рук!
Размахнулся чёрт-дедок,
Увернуться внучек смог;
Стороной прошёл кулак,
Тут чертёнок и размяк,
Начал что-то лопотать,
Дед не мог его понять,
Посему, пустился в крик,
Ярость кажет вновь старик:
- Нужно честь свою беречь,
Как теперь заделать течь?!
Что я Принцу-то скажу,
Как о деле доложу?!
Он нам душу заложил,
В нашу семью принят был!
Мы должны ему помочь,
Царство это в прах столочь,
Договор с ним не слова,
Бестолкова голова!
Во дворец пойдёт второй,
Чёрт-внучок мой дорогой,
Посмышлёнее он будет,
Дело наше не загубит!
Вот второй явился внук,
Дед не скрыл дрожащих рук:
- Во дворец к царю ступай
Из беды нас выручай;
Дело правое возглавь,
Все ошибки там исправь!
Во дворец внучок спешил,
Дело с треском провалил.
Он вернулся весь в слезах,
С пеной белой на губах:
- Это просто изувер,
И теперь я - инвалид,
Чудом не был я убит!
Дед в затылке почесал,
Внука третьего послал.
Скоро внук прибЫл назад,
Он смеялся, невпопад;
Разговора не ведёт,
Деда внук не признаёт,
И четвёртый, пятый внуки,
Той изведали науки,
И шестой, седьмой, восьмой,
Потеряли все покой,
И девятый, и десятый,
Вмиг познали гнев солдата,
И одиннадцатый внук,
Не минул тех страшных мук,
А двенадцатый приполз
И под лавку ту заполз,
Из-под лавки говорил,
Деду речь в слезах творил:
- Передал солдатик всем,
Дело сделать без проблем,
Но с условием одним;
Все чтоб были перед ним,
Все тринадцать, чтоб пришли,
Да деньжонок принесли,
И тогда вопрос решён,
К Злате нас пропустит он!
Скоро дед внучков созвал,
Речь пред ними он держал:
- Деньги, знайте, любят все,
Деньги власть дают везде,
И суди тут, не суди,
Нет солдатику пути,
Как те деньги с нас содрать,
Жить себе, не горевать!
Во дворец идём гурьбой,
Это сказ последний мой;
Всем я это говорю,
Приуныли, я смотрю!
Встретил тех чертей солдат,
Встрече с ними был он рад:
- Счастье видеть мне вас всех,
Ждёт меня большой успех;
Вижу, начали скучать,
Может, скуку разогнать?
Скучковались черти тут,
От солдата действий ждут.
Только он с добром идёт,
Мировую речь ведёт:
- Ладно, черти, не побью,
Миром сладим, говорю!
Скоро ль стану я богат,
Принесли ли вы деньжат?
Чёрт-дедок мешок на пол,
Речь он с радостью завёл:
- Денег полненький мешок,
Будешь царь себе и Бог!
Отвечал ему солдат:
- Ты умишком, чёрт, богат!
Да и жизнью, вижу, тёрт,
Коль так зубы все уж стёр,
Потому, мне дай прозреть,
На один вопрос ответь.
Слышал я тут от людей,
Сказ не раз про вас, чертей,
Мол, вмещаетесь вы все,
Из-под спичек, в коробке,
А в солдатский ранец мой,
Не слабо вам, всей гурьбой?!
Отвечает чёрт ему:
- Этот фокус, по плечу;
Убедишься скоро сам,
Что знаком твой ранец нам!
Тут же стал кружиться он,
Шум пошёл со всех сторон;
И мычание, и ор,
И нелепый жуткий хор;
Стали бесы с ноготок
И в тот ранец скопом, скок,
А солдат и был таков,
Дело справил он без слов;
Ранец быстро застегнул,
Словом всех их помянул:
- Вот и кончился ваш бал,
Часик горький ваш настал,
А дедок и впрямь, мудрец,
Всех внучат подвёл, глупец!
Взял дубинку ту солдат,
Стал творить он бесам ад;
Начал бить по ранцу ей,
Не жалел совсем чертей,
А всего-то через час,
Царь познал солдата сказ.
Царь в улыбке тянет рот,
Царь словечки не жуёт:
- Хороша, солдатик, весть!
Окажу тебе я честь;
Оставайся и служи,
Дружбой нашей дорожи!
Отвечал солдат царю:
- Нет уж царь, благодарю,
Но случится вдруг беда,
Помогу тебе всегда!
Огорчился сильно царь:
- Ладно, душу не мытарь;
Воля-волюшка твоя,
Возражать не смею я.
Царь солдата наградил,
В путь-дорожку снарядил,
Распрощался с ним с трудом,
Осенил его крестом.
Скоро вёз солдат чертей
Он в пути не ведал дней;
Золотишко тоже вёз,
Мысли вдаль служивый нёс.
Тут и ночь легла пред ним,
Отдых был необходим;
Встал служивый на постой,
К бабке странной и смурной.
Ранец бабка вскрыла вмиг,
Разнесла по дому крик;
Ломанулись бесы в дверь,
Понесли её с петель;
Чёрт-дедок дубинку, хвать,
Вслед за внуками бежать.
Скоро пруд они нашли,
В нём укрыться все смогли,
А солдат в улыбке цвёл,
Речь он громкую завёл:
- Ох, трусливые чертяки,
Слабаки они все в драке!
Будут помнить мой урок,
Им пойдёт он только впрок!
Бабка страхом вся полна,
Пред иконою она;
Эку невидаль узреть,
Так ведь можно умереть!
Ранним утром встал солдат,
Зорьке новой был он рад;
К дому путь солдат верстал,
Никаких забот не знал!
А тринадцать бесов тех,
Пруд обжили без помех.
Принц к ним тут же поспешил,
Чёрт-дедок его побил;
Бил дубинкой, не жалел,
Весь в той радости потел,
Не спускал он с внуков глаз,
Им творил теперь наказ:
- Чтоб не видел средь чертей,
Этих чёрствых, злых людей!
Принц же с нами пусть живёт,
С нами ест и с нами пьёт,
И на землю, не пускать,
Тут, у нас, ему страдать;
Коль душОнку прОдал раз,
Сможет он продать и нас!
Чёрт-дедок закончил речь,
Захотел он вдруг прилечь;
Глазки-щелочки закрыл,
В сон тихонечко уплыл,
Стал от дел своих далёк,
В юность сон его волок.
Разошлись и черти - внуки,
От такой щемящей скуки;
Все двенадцать разошлись,
Подлечиться подались,
А потом наступят дни,
Может, к вам придут они?
Окажите им вы честь,
Коль дубинка в доме есть!

Конец

В пальме кроны вековой,
Свила птичка домик свой,
Скоро вывела птенцов,
Стал уютным милый кров.
Вдруг явился утром слон,
Был какой-то странный он;
Хмурый был и горделив,
Взгляд его был суетлив.
Слон на пальму ту взглянул,
Громко в радости вздохнул,
Стал чесаться слон о ствол,
Он в блаженстве томно цвёл.
Птичка вьётся пред слоном:
- Домик мой, слон, ходуном!
Пальму больше не тряси,
И изволь скорей уйти,
А иначе удружу,
Я тебя, слон, накажу!
Слон на птичку посмотрел,
Усмехнуться он посмел:
- Ты, певунья, с ноготок,
А грозишь, как носорог.
Дело делать не мешай,
Вон, у кустиков, летай!
Да покоя в птичке нет,
Ей в семье не нужно бед:
- Ты детишек сна лишил,
Домик наш чуть не сгубил!
Я добром прошу уйти,
Пальму больше не трясти!
Слон ничуть не горевал,
Птичке он в ответ сказал:
- Завтра я приду опять,
Соизволь меня ты ждать!
Слон на тропочку шагнул,
Скоро в чаще он уснул.
Слон явился утром вновь,
Стал гонять у пальмы кровь.
Он чесался и трубил,
Боком пальму слон скоблил.
Птичка носится пред ним:
- Ты не внял словам моим!
Ты птенцов довёл до слёз,
Учиню тебе я спрос!
Полетела птичка в лес,
Слон не лил пустых словес:
- Мне тебя страшиться грех,
Нет преград мне и помех!
Я любого сам побью,
На земле столбом стою!
Пред слоном вдруг стая птиц,
Стае той не знать границ.
Слон в испуге поднял взгляд,
Сам себе он стал не рад,
Птицы все пред ним горой,
Вмиг рванули птицы в бой,
Стали вдруг слона клевать,
Слон стал дико верещать,
На весь лес он затрубил,
В беге слон рекорд побил.
Прибежал на речку слон,
Рассуждать стал здраво он:
- Вот тебе и мелюзга,
Расклевала мне бока,
Больше к пальме ни на шаг,
Попадёшь опять впросак!
Птичка стала жить-живать,
Горя-горюшка не знать,
Встали дети на крыло,
На душе её светло.
Слон за ними наблюдал,
Долго он ни ел, ни спал;
Осуждал поступок свой,
Был он явно не герой.

Конец

Автор: Виктор Шамонин-Версенев

На лугу серебряные кони,
Свет над лугом в дымке голубой.
Затаился ветер на затоне,
Прислонившись к зарослям щекой.
Я гляжу в смятении на чудо,
Слышу, как вздыхают облака,
И звенит, звенит роса повсюду,
Где бы ни ступала их нога.
Тихий храп, скольжение, ни звука,
Гривы - по некошеной траве,
Ночь стоит беспомощна-безрука,
Растворившись в буйном волшебстве.
Ах, какой красавец-жеребёнок,
Как шаги его божественно легки,
Но пейзаж картины странной тонок,
Он, как призрак, девственной строки.
Луч зари... взлетаю над собою,
Сон исчез,пахучий тёплый стог.
Я на луг гляжу и грусть моя рекою;
Нет коней, гуляет ветерок.

Спит болотная страна,
Над болотом тишина;
Спят комарики, жучки,
Спят лягушки, паучки,
Спят ондатра и кулик,
Спят утята и тростник,
И журавлик чутко спит,
На одной ноге стоит;
В голове мыслишек нет,
На душе покой и свет.
Лягушонку не заснуть,
Он постичь не может суть;
Держит взгляд на птице он,
Лягушонок удивлён:
- Ох, и птица, высока,
Подпирает облака;
Не видал таких, ни раз,
Просто радуется глаз!
Скоро он не утерпел,
Журавля плечом задел:
- Болен ты, видать, дружок,
Где ж поранить ногу смог?!
Глаз журавль не открывал,
Лягушонку он сказал:
- Я не ранен и не бит
И нога та не болит!
Лягушонок тянет рот,
Язычок он словом трёт:
- Как тебя зовут, скажи,
Мне, прошу, не откажи!
И журавль даёт ответ,
Злости в нём ни капли нет:
- С детства кличут журавлём,
Кличут ночью, кличут днём!
Уходи ты, будь так добр,
Мчись отсель во весь опор!
Дай чуток ещё вздремнуть,
Иль тебя мне нужно пнуть?!
Лягушонок заводной:
- Поиграй, журавль, со мной!
Мне же скучно, посмотри,
Мне от скуки хоть умри!
Приоткрыл журавлик глаз:
- Сыт я играми сейчас!
Уходи, вздремну чуток,
Надоел твой голосок!
Лягушонка не унять,
Слово дай ему сказать:
- Детство ты не забывай,
Мы попрыгаем давай!
Да журавлик говорит,
Голосок его сердит:
- Я уж прыгал до икот,
Дай вздремнуть же, обормот!
Лягушонок поднял крик,
Кажет он весёлый лик:
- В догонялки, что слабо,
Иль боишься ты чего?!
Приоткрыл журавль глаза,
В тех глазах его гроза:
- В догонялки я играл,
Ни секунды не стоял!
Лягушонок рот раскрыл,
Он глазёнками искрил:
- И кого ж догнал ты, друг,
Никого ведь нет вокруг?!
Говорит журавль ему:
- Глуп ещё ты, по всему!
Догонял, как ты, таких,
Говорливых и чумных!
Открывать устал я рот,
Уж болит от них живот!
Так что завтра приходи,
Ждёт игра нас впереди!
Тут журавлик в дрёму впал,
Лягушонок не стоял,
В воду тотчас он нырнул,
Скоро спал и в ус не дул.
Утром ранним и с дождём,
Он предстал пред журавлём.

Конец

Когда-нибудь и я устану
И упаду в тиши лугов,
Закружат белые туманы,
Поникнут россыпи цветов,
Заплачет небо надо мною,
Гармонь умолкнет за рекой,
Ромашкой встану луговою,
Но я останусь, Русь, с тобой.

Автор: Виктор Шамонин-Версенев

Жук, паук и муравей,
Дружат целых тридцать дней!
Их водой разлить нельзя,
День и ночь в делах друзья.
Как-то дождь случился вдруг,
Говорит им в спешке жук:
- Побежим, друзья, в мой дом,
Примут нас с любовью в нём!
Ход друзей был очень скор,
Дом порадовал их взор,
Папа-жук им дверь открыл,
Недовольный папа был:
- В дом входи быстрей сынок,
Есть в нём тёплый уголок,
А друзья пусть в лес идут,
Сами угол пусть найдут!
Жук-сыночек стал сердит,
Взгляд его огнём горит:
- Пусть промокну я вконец,
Не предам друзей, отец!
Муравей был огорчён,
Говорил с тоскою он:
- Поспешим в мой дом, друзья,
Мокнуть нам никак нельзя!
Спешным был их дружный ход,
Дождь в лесу сильнее льёт,
А у домика беда,
Рядом с домиком вода!
Вышел папа-муравей,
Оглядел он всех друзей:
- В дом входи быстрей, сынок,
Есть в нём тёплый уголок,
А друзей прошу уйти,
Им другого нет пути!
Муравей с отцом не мил,
Пред отцом сынок не стыл:
- Без друзей мне дом не дом,
Не хочу, и жить я в нём!
Говорит паук друзьям:
- Эх, денёчек выпал нам!
Поспешим мы в домик мой,
Будет рад нам в нём любой!
Вновь друзья пустились в путь,
Им в пути не отдохнуть!
Вот пред ними дом предстал,
Долго в дверь паук стучал.
Вышел к ним отец-паук,
Был в глазах его испуг:
- В дом входи быстрей, сынок,
Есть в нём тёплый уголок,
А друзьям в нём места нет,
Это вовсе не секрет!
Паучок не стал молчать,
Слов ему тех не искать:
- Ты, мой папа, не герой,
Без друзей мне дом чужой.
Целый час друзья в пути,
Им приюта не найти.
Вдруг, явился ветерок,
Он молчать никак не мог:
- Я за вами брёл, друзья,
Разговоры слушал я!
Ваша дружба, не хрусталь,
Ваша дружба, братцы, сталь!
Вам, друзья я помогу,
Сделать многое смогу;
Прогоню все тучи прочь,
Не гулять в лесу им ночь!
Ветер тучи не жалел,
Он гонял их, как хотел;
Шли друзья теперь чрез лес,
Солнце грело их с небес.

Конец

Автор: Виктор Шамонин-Версенев