Пред тобой белый цвет -
Безмятежность листа.
Ничего на нём нет
И одна пустота.
Ещё строки твои
Где-то бродят в душе.
Не ложатся на лист,
Он заждался уже...
Он готов творить сам,
И примерить на свет
Рифмы строчной бедлам
По фасону - сонет...
Но одежда его -
Иллюзорный обман.
Без души лист изгой
И простой графоман...
И пусть строки твои
Дольше бродят в душе.
Обождёт белый лист
Их в своём неглиже...

Расстегнёт утро блузку тумана
И над гладью прозрачной реки
Я увижу венок первозданный
И прекрасные ноги твои.
С добрым утром, моя незнакомка.
Ты скажи, как тебя называть?
Тишина разливается звонко
И ничто не мешает мечтать...
Расстегнёт утро блузку тумана.
Влажный ветер подует с реки.
А венок полевой первозданный
Как мечта, уплывает с руки...

Сколько лет с тобой знакомы -
Нам уже не сосчитать.
А живём всё разным домом,
По гостиницам опять.
Скрип полуторной кровати
Номер на ночь и звонки...
Ничего не поменять нам -
Не судьба иль не с руки...,
Да, у всех, конечно, дети
И у всех своя семья.
Редки выходные эти,
Что воруем ты и я...
И любовь ли то, что носим,
Как судьбы несчастный груз?
Выходного снова просим.
Пусть украден даже, пусть...

Когда вой снарядов звереющий,
Кровь вчерашняя липнет к штыку...
На войне не бывает неверующих.
Атеисты остались в тылу...
Да и там, кто священную веру
За версту обходил стороной,
К алтарю вдруг подходит несмело,
Что-то шепчет и водит рукой...

Девчонка-пионерка
В коротком полушубке.
Ты в первый раз наверное
Так скорбно сжала губы.
Завидует безмерно
Тебе весь пятый "А".
Цветов кругом немерено.
У гроба ты Вождя...
Народ течёт рекою
И караул стоит.
И музыка покойная
В динамике звучит.
А где-то в слепой давке
Другая бродит смерть.
И тел обмякших, слабых
Уже в толпе ни счесть...
Я видел это с крыши.
Чуть не сорвался вниз.
Мне стоны были слышны
И чей-то детский визг...
Спустился потихоньку.
Подлез под грузовик.
А мне сапог вдогонку
По заднице влепил.
Потом я огорошенный
Кровь на снегу глотал.
И потерял калошу.
А батька ремня дал...
Девчонку в полушубке
На фото видел я.
Так скорбно сжаты губы
У гроба, у Вождя...
Сейчас девчонке этой
За семьдесят поди.
И внуки есть и дети.
А помнит ли те дни?

На первый бал веду я внучку,
На первый бал, на первый бал...
Веду не за руку, под ручку,
Веду принцессу в тронный зал.

Гремит мазурка, шик оркестра,
Все пары словно на плаву.
И взгляд скрывают все невесты
На томном веера краю...

Здесь помнят все... И вальс тот первый
И то, как к Натали шагал
Тот неуклюжий и тот нервный,
Кого мир Пушкиным назвал...

А ты кружишься вновь,родная,
И вальс твой первый не унять.
А дед слезу в углу роняет,
И принцы в очередь стоят....

Красивых слов ваших обман -
Но как пьянит этот дурман.
А я вам верю всё равно
И пью слов терпкое вино...
Пусть даже там, пусть даже там
Один намёк, один туман.
А я вам верю всё равно.
В тумане этом я давно...

Как просто говорим, - Прощай...
Махнём рукой кому-то невзначай.
Считаем, что ещё не вечер...
А если не случится снова встреча?
Ни завтра, ни потом и никогда...
И что поделать, и как быть тогда?

Я руки отнимаю трудно.
Ловлю не зряшный снова взгляд.
Поверить трудно, ох как трудно,
Что мне в глаза опять глядят
Камзолы кукольного театра,
Ушитые к спектаклю вновь.
И ты, мой гений, всем на завтра
Вселяешь в души их любовь...

Так надоела неуемность слов!
И мне, как всем, хотелось бы когда-то
Наручник щёлкнуть не на руки, что понятно,
А на жующий словом чей-то рот...
Прости, словесность, за стихи мои.
Быть может здесь наручники и кстати..
Да только я в отличие от братии
Читаю не чужие, а свои...

На окнах спального вагона
Мне пишет мокрой строчкой дождь
Слова прощальные перрона,
Мной не расслышанные в ночь...
Как-будто их шептал мне кто-то
В такси, летящем, на вокзал.
Как-будто помешало что-то
И этот кто-то опоздал...
А в окнах спального вагона
От станций, дальние огни
Летят, летят, летят так долго,
Как будто догоняешь ты...

Мне б родиться пораньше
И прибавить года.
Быть бы мне новобранцем
И в теплушке тогда
Щупать ромбы в петлице,
Портупеей хрустеть.
На войну торопиться,
Чтоб к победе поспеть...
Мне б родиться пораньше
И прибавить года...
Только долгою станет
На дороге война.
Буду ранен под Ельней
И контужен в бою.
И друзей своих прежних
Не дождусь я в строю.
Не увижу победы -
Снова госпиталь мой.
И в теплушке приеду
Инвалидом домой...
Я родился, как надо.
Обычной зимой.
Пела песню мне мама
Над колыбелью простой.
Меньше года осталось
До Победы большой.
И отец отписался,
Что воюет, живой...
Всё со временем дышит.
Жизнь нельзя поменять.
И не надо мальчишкам
Лет себе прибавлять...

Соберу я в узелок
То что есть, и то, что впрок.
Всё, что накопить сумел -
Много-много разных дел...
Пусть они и не всегда
Даже ладились тогда -
От них мне некуда уйти.
Узелок надо нести.
Бросать дела негоже -
Своя не тянет ноша...

Бессонными ночами
Идут они -
Настойчиво отчаянно
Чужие дни.
Чужие, да, но только.
И ты в них тоже был.
Кому-то делал больно,
Кому-то изменил...
Своё, а не чужое
Осталось в этих днях.
И вот они с тобою
О прошлом говорят..
Ничто в них не поправить,
Ничто не подтереть.
И память заставляет
И помнить, и терпеть...
Бессонными ночами
Идут они -
Настойчиво отчаянно -
Чужие, как свои...

Молчание-золото,
Но хочется кричать!
Под звуки церковного колокола,
Свое желание понять.
Где нечестивый,и где грешник?
Настанет день,Ты разницу поймешь,
Свернешь с дороги,двери отопрешь.
Ты осознаешь,что был страсти пленник.
Греховный остров океан потопит,
И буревестник дальше полетит.
Вновь крик из далека...
Услышишь Ты-услышат и тебя.

РОССИЯ.

Из века в век, с запамятных времён
Куском добычи жирным и желанным,
Была ты Русь, для круг тебя племён,
Числа им нет постылым, окаянным.

Крутой простор, приковывает взор
Богатством манят, сказочные земли
И точит нож, облизываясь, вор
Всё ждёт момент, когда ж она задремлет.

О сколько козней подлых и измен
Сносила ты, умывшись кровью, потом
И лишь чуть чуть поднимешься с колен
Кругом истерика и псиный лай до рвоты!

Не доводите русских до черты
Не дай Господь, что кончится терпение
И ропот сменят скошенные рты
И крик ура до смертного хрипения.

Ух, как же мы не любим воевать!
Но коль прижмёт и до того достанут
У нас героев будет некуда девать!
И с нами мёртвые из под земли восстанут!

В шеренге той и Пушкин и Толстой
Кутузов, Невский, Жуков и Суворов!
С врагом в России разговор простой,
Громи и бей! Без всяких разговоров!

И будет вам и курская дуга
Бородино и Сталинград с Полтавой!
Нам не впервой пинками гнать врага!
Святую Русь, мы вновь покроем славой!

Ух, как же мы не любим воевать!
Но если всё же дураки найдутся,
И будут меч из ножен доставать
Замрёт планета! Русские дерутся!

У нас у всех есть тайная струна
Она молчит укутанная ватой,
Но если вдруг в опасности страна!
То зазвучит у каждого набатом!

Ух, как же мы не любим воевать
Но если всё, же суждено случиться,
Мы не рубахи, кожу будем рвать!
И вы увидите, как сердце будет биться!

Оно вдруг станет общим и большим!
Неуязвимым, сильным и отважным
И мы от всей своей загадочной души
Мать Кузькину во всей красе покажем!

И будет так! Ухмылки пропадут!
Да будет только так, а е иначе!
Несчастные кто к нам с мечом придут
России быть! Так сам Господь назначил!

И сколько галстуков придётся тем сожрать,
Кто за дела кровавые в ответе,
Таков закон и бурю будет жать
Глупец, который нынче сеет ветер.

Что ж если в бой воздастся всем с лихвой
Всем подлецам, предателям и гадам!
И наш Иван иль Витька с» Моховой»
По вашим улицам пройдут парадом!

Одна победа, всё потом, потом
Уж если драться, драться до победы!
Как дрались, не считаясь с животом
Когда то наши прадеды и деды!

Давайте миром, миром всё решать!
Война – тупик, война всегда – уродина!
Давайте жить, друг другу не мешать!
У вас своя, у нас же наша РОДИНА!
* * *

Иглами снег на лице-шторм.
Тяжесть груза в душе-погром.
Устроил Ты сам,Ты устал.
Не давая себе кислорода
Понять Ты должен,
Что считая жертву своей судьбой
Не замечал.
Какое небо над твоей головой?
Какие добрые люди рядом с тобой?
Твой выбор,но верен ли он?
Свеча сгорит.
Оставив пепелище прожженных лет
Ты голову поднимешь,
Оглядываясь сиротою,
Моля у Бога! Не гасить свечу,
Глаза ответят,Тобою незамеченные,
И небеса все время переменчивые.

Молитва поэта.

О Господи! Как тяжко быть немым
В большом строю, на суд к тебе стоящих,
За суетой я песни не спою
И слов не подберу я настоящих.

То суета, то вдруг такая лень,
Всё кажется бессмысленным и вздорным
Проходит день, проходит – целый день!
И гложет стыд с усердием, упорно.

Как совесть успокоить, стыд унять
Пальнуть бы в гадину и всё, прямой наводкой
Что б равнодушно подлость обонять,
Мозги себе, не заливая водкой.

Что б жить себе, как тысячи других
Самодовольных и по всюду правых,
А не вскипать, бледнея словно, псих
Когда нам свиньи речь ведут о нравах!

О Господи! Как я молчать устал
Сними печати с уст моих упрямых
Что б каждый слог свистящей плетью стал,
Для наглецов бессовестных и хамов!
* * *

Детство.

Детство – игрушки, подружки и сказки,
Ты не спеши взрослеть.
Это когда вдруг, зажмуривши глазки,
Можно взлететь!
Это болото, а в нём бегемоты,
Это волшебный кот.
В классе соседнем все девочки жмоты,
А в нашем не жмоты, вот.

В детстве, ещё не просохшие слёзки,
Звонкий сменяет смех.
И на щеках, от слезинок полоски
И неизведан грех.
Можно испробовать много профессий,
Доктором стать, продавцом,
Или певцом, исполнять свои песни,
Матерью и отцом.

Детство, пора волшебства и мечтаний
Ты не спеши взрослеть.
Шишка на лбу и усы в сметане,
Дома не усидеть.
Это асфальт, разукрашенный мелом
Баба яга с клюкой.
Манная каша, во всю надоела,
Но это, пустяк такой.
* * *

Снежинка.

Снежинка, маленький дружок,
Не торопись скорей исчезнуть,
До смерти нам всего шажок
Всего шажок, чтоб кануть в бездну.

Не рвись к теплу, оно обман,
А ты, прекрасная, наивна.
Так, жертве, чтоб завлечь в капкан,
Слагают пафосные гимны.

Так и тепло, зовёт к себе,
Стеклом оконным, ночью тёмной.
В твоей коротенькой судьбе,
Коварством ярким, ослеплённой.

Кружись, танцуй среди подруг,
Ну что же может быть прелестней.
Когда становитесь вы в круг,
Метель, поёт вам свои песни.
* * *

Среди на живут люди-ангелы,
Пройдя невольного отшельничества путь,
Равнодушия меч,пронзивший души,
Спроваживает их в небесный путь.
Приходят дети их,еще слабее.
Мы не желаем замечать их истинную суть.
И все по кругу повториться.
Настанет день.Последний не вернется,
Бесчувствием окаменелым
Нас в скалы обратив.

Всей прозе я хочу изложить мысль,
Напомнить кавалеров и барышень каприз.
На сколько-же изменчивая жизнь.
Пройдя свой путь в обличье современных дам,
Я кавалерам почву к размышлениям дам.
Ты повстречал Ее,начинаешь проверять,
"Корыстна"вынесен вердикт тобою
И тут же мчишься за другой.
Года бегут,тебе за сорок.
Не понял ты,Кащеем обратившись,
С судьбою век над златом чахнуть,
Прекрасных чаек не принявший,
Гнездо надежное,птенцам искавших.

Бунтарка-белая ворона
Смирилась,что судачат про нее.
Свободу любит,непокорна,
Последнее отдаст, не по заботясь о себе.
Смотрите,нежной кошечкою стала,
В какой момент тигрицей обратиться
Никто не знает-сторонятся все ее.
В душе ее свои,железные законы,
И изменить их не подвластно никому.
Да,непосредственность безумства,
Творение наших равнодушных душ,
Общественный гибрид.
Таких все больше.
Остановить часы и разглядеть бунтарку,
Теплом души помочь заблудшей сироте.

Одинокий цветочек в поле стоит.
Осока слегла,серым пеплом лежит.
К зиме все готовы,грядут холода.
Он вздумал цвести,красоту даря
Стемнело уже,я печку топя,
Во двор выхожу-белы все поля.
На утро привычной тропинкой иду,
Надежду в душе на цветочек ловлю.
Я снег раздвигая,понимаю,конец,
Срываю его,как грусти венец.
В минуты печали засохший цветочек кручу
И с гордой улыбкой к окошку кладу.