Метелью февральской мой путь запорошен
На белой, как саван, земле.
И шаг-неудачник, мой шаг осторожный
Скользит по последней зиме.
Последние зимы особенно люты,
Как будто за что-то мне мстят.
И ветры колючие и не попутные
Глаза на дороге слепят...
Метелью февральской мой путь запорошен,
Шагами скользят мои дни.
Как трудно, как горько и как безнадёжно
Знать - больше не встретить весны...

Лжи не бывает во спасение.
Как ни крути, а все же - ложь.
Не ставьте правду под сомнение.
Пусть и горька она, так что ж..
Но иногда и так бывает,
Кого-то только тем спасёшь,
Что правду горькую скрываешь
И говоришь святую ложь...

Мы из СССР, сэр.
И мы танцевали твист, мисс.
Мы любили и знали Битлз.
И у нас продавали сыр, сэр.

Да, тогда у нас не было слова «мэр», сэр.
Но зато была фраза "хрен с ним!".
И лучший Шерлок – Ливанов наш,
И хрен бы с ним,
но какой он сэр!

Здравствуй, Антуан, здравствуй!
Под крылом туман. Властвуй!
Хаос гор, как ад Данте.
Пропадает брат в Андах.

Ты его искал вечность.
Наконец настал вечер:
Гийоме сломил стужу,
Просто
был своим нужен

Просто был прицел
С детства.
Мужество не цель,
Средство!

Рождённый однажды
Познал объятья
Самой святой мадонны.
Рождающей каждой готов целовать я
Искусанные ладони.
В музыке жизни
Истоки мелодий-
Натянутые аорты.

Я ненавижу бесплотность плоти
И разные там аборты!

Оглушить бы эмансипацию
Голосом всех курантов:
Рожайте Моцартов!
Нашим нациям требуются гиганты!
Пока любимы.
Пока не поздно.

Недавно знавал я даму,
Чей Маленький Принц,
Обойдя все звёзды,
Так и не встретит маму.

Манная кашка...
Плевать, не то...
Он взрослый.
Он сам, он должен.
Жаль, что барашка ему никто
Не нарисует больше...

Испытав впервые муки творчества,
Потеряв и аппетит, и сон,
Лев, его звериное высочество,
Написал послание в ООН.

Был документа труден перевод.
Над ним в ООН потели целый год.

В ноте после краткого вступления
Выражалась просьба, поскорей
Людям запретить употребление
В ругани названия зверей.

Всё хорошо, мол, в меру, но, увы,
Животный мир уже достали вы.

А потом перечислялись случаи
Вольностей лексических таких.
Я для этой песни выбрал лучшие,
А вернее, худшие из них.

И вам судить, он прав или не прав
В отстаивании своих звериных прав.

Он писал: «Скажите, где видели
На природе глупого Осла.
И за что вы грубо так обидели
Гордое животное Козла?

Конечно, не даёт он молока,
Но и на нарах не сидел пока.

Лисы все у вас – клятвоотступники.
Кошки - все шалавы до одной.
Волки же убийцы и преступники,
Режущие жертву под Луной.

Согласен, волки режут без ножа,
Но уж совсем не с целью грабежа.

На обложках книг и за стаканами,
Даже и в общении детей
Стало модным называть шакалами
Самых презираемых людей.

С прохладцей к ним относятся и львы.
И всё-таки они не таковы.

Прозвище «медведь» даётся увальню.
Коброй тёщу называет зять.
Но как вот самок вы своих надумали
Рыбками и зайками назвать

Те рыбки, что акулы в семь пудов,
Одних зубов четырнадцать рядов.

Вы нас среды лишили обитания.
А теперь лишаете имён.
Но в поисках любви и пропитания
Каждый зверь прекрасен и умён.

Что, к сожаленью, не скажу о тех,
Кто поднимает фауну на смех.

Донести до вас пытался в песне я
Льва протеста верный смысл и тон.
Если ж есть какие-то претензии,
Это к переводчикам ООН.

Но даже их винить не стоит в том,
Ведь Лев писал не лапой, а хвостом.

Спорят учёные,спорят на улице:
Что было сначала: яйцо или курица.
Не было первых из этих, из двух—
Вначале,естественно, только петух!

Это ложь, что предают свои.
Предают враги второго сорта.
Те, что на открытые бои
В силу страха просто не способны.

Преданность предателей подчас
Нас пьянит своим великолепьем,
Блеском лести, страстью раболепья
Ослепляя и калеча нас.

Пусть они уходят, проломив
Позвоночник вашей нежной флейте.*
Не жалейте никогда о них,
И себя, не надо, не жалейте!

(*"Флейта-позвоночник" -поэма В.Маяковского)

Тому, кто в дому высоком,
Зачем потайные двери.
Не верю в пустые окна.
И в добрую ложь не верю.

Улыбкой меня заденьте –
Я тем же отвечу, но всё же
Не верю в любовь за деньги,
И с первого взгляда тоже.

Не верю чрезмерно рьяным.
В слепую не верю верность.
Клятвам не верю пьяным,
А также в святую трезвость.

Чаем меня угощают
Те, в ком души не чаю.
Не верю, когда прощают.
Не верю, когда прощаю.

Редко смеюсь и плачу-
Чаще смотрю на двери…

Но это ещё не значит,
Что я ни во что не верю.

Скоро нас не будет вместе,
А потом не будет вовсе,
А потом Земля остынет,
И никто уже не станет
Петь свои под небом песни,
Приглашать знакомых в гости.

Солнце труп Земли покинет.
Прах земной во мгле растает.

Звёзд потухшие кристаллы
Не согреют больше лица
Ни поэту, ни пропойце,
Ни последнему солдату-
Всё когда-нибудь устанет
Озаряться и светиться.

Успокойтесь, успокойтесь-
В этом мы не виноваты.

Ну вот, и остались мы все
При своём, при своём.
И песни, и даже во сне,
Не поём, не поём.

И видим мы дальше щеки
Лишь нули, лишь нули.
Не лижут нам пятки щенки
От любви, от любви.

Уйду я,
Была не была,
В гололёд, в гололёд...

Но пуля летит из ствола
Даже в лоб в недолёт!

От Вселенной нет даже намёка
О наличии разума в ней.
Как же наша Земля одинока
В уникальности звёздной своей!

Завершается волей Бога
Или случая новый виток.
Как же наша Земля одинока!
Как же каждый на ней одинок!

Ей бы бросить свою обитель,
Стать самим торжеством огня.
Что ей мучиться на орбите,
Ради жизней
Таких, как я?

Мне мило одиночество, когда
Листва с деревьев падает к ногам.
Припал к стеклу берёзовый листок-
Не я один в предзимье одинок.

Мне мило одиночество, когда
От снега провисают провода.
Дороги все затеряны в снегу.
Один и то пройти я не могу.

Мне мило одиночество, когда
Журчит повсюду талая вода.
Всё в мире изменяется, течёт.
Весной невзгоды личные не в счёт.

Мне мило одиночество, когда
Грозит затылку солнечный удар.
И хорошо, что не мешают мне
Валяться где попало на земле.

Мне мило одиночество всегда.
Не говори, что это-ерунда.
Мне хорошо! Я счастлив,очень, да!
Мне мило одиночество всегда.

Не лезть же в петлю…

Когда-нибудь я не увижу утра.
И это будет мудро,очень мудро.
Но никогда не примирюсь я с мыслью,
Что страх пред смертью
управляет жизнью!

Ночь разметала по комнате волосы.
Длинные волосы. Чёрные волосы.
И говорит мне презрительным голосом:
В жизни мгновенны и счастье, и молодость.

Утром проснёшься, посмотришь в окно,
Пыльное тронешь руками стекло,
И не увидишь знакомых дорог,

И удивишься, как ты одинок.-

Почему на каблуках?
А всё очень просто -
Пареньку без них никак
Маленького роста.
А когда без каблуков -
Никто и знать не хочет.
Дама каждая без слов
Сразу взгляд воротит.
Жаль, что туфли на двоих
С братом-коротышкой.
Очень быстро сносишь их
И форсу будет крышка!

Допинг пьяных добрых глаз.
Чьи-то руки, чьи-то слёзы.

Наши души под наркозом.
Мы живём в последний раз.

Каждый час в последний раз.
Жизнь проста, как эта простынь.

Кто-то вспыхнул и погас
Второсортной папиросой.

Обескрыленный Пегас
Под Парнасом ест отбросы.

Всё кончено:
Я болен и смешон.
Строка судьбы
не получилось длинной.

Я жизнь прожил
как поле перешёл.

Вот только поле
оказалось
минным.

О, будущее, в чём же твоё исток?
В однажды предугаданном мгновении,
В не видимом для глаз стихотворении,
Прочитанном случайно между строк?

В своём начале ты уже итог.
Грядущее, твой смысл- самосожженье!
Ты жадный, но единственный глоток
Припавшего к мечте в изнеможенье.

Ты завтра, в настоящем и в былом.
Тебя творят и рвут без сожаленья.
Грядущее, твой смысл-самосожженье,
Но не сгорай, не одарив теплом!

Отправляюсь не в крайний, а в последний полёт.
Пусть в отсеках для всех бесполезные грузы.

Пусть сказали, что ночь никогда не пройдёт:
И ни прочные узы, ни прочие узы
Эта трасса не свяжет.
Полёт в никуда
Может всё же прерваться,но лишь на восходе.

Только тьма не кончается, и города
Не дают мне посадки.

Уже на исходе
Всё, что душу мою в небе держит пока.

Но моторы из стали устали и сдали ...
И на крыльях моих из свинца облака
Несвободы и злобы.

Непригодными стали
Для случайных посадок поляны давно.
Где ни сядь – всё болото. Засосёт и раздавит,
В лучшем случае выплюнет, грязного, но
Ни следов, ни стихов - ничего не оставит.

Там для птиц предначертан позорный исход.
Крылья из серебра станут грязного цвета.

Нет уж!
Лучше лететь, предвкушая восход,
И упасть.

Там, где ты,

Накануне рассвета .

Король доживает последние дни.
Он взглядом обводит покои свой:
Застывшие стены. Остывший камин.
Король перед смертью остался один.

Он пьёт и смеётся. Он весел и пьян.
За окнами стынет вечерний туман,
Тяжёлый, как занавес. Сыграна роль.
Без грусти со сцены уходит король.

В спектакле судьбы он достойно играл:
За труд награждал, за измены карал.
Суды над другими без злобы вершил.
И был на вершинах, и падал с вершин.

Он знал и любил свой народ и страну,
Охоту и женщин, вино и войну.
Свободу и звучное слово «Вперёд!»-
Не думал король, что от яда умрёт.

Но губ постепенно смыкается ширь.
И труппа ждёт труп в закулисной тиши.
Пока на счастливые лица свои
Надели печальные маски они.

Король доживает последние дни.

Я люблю тебя по-прежнему,
Не склонённая к кресту,
Не пришедшая к воскресшему
Убиенному Христу.

Утомлёнными руками ты
Укажи мне путь домой,
Где хранятся книги памяти,
Нашей памяти с тобой!

Будь нежной,
Как этот вечер,
Что лёг на плечи
Нам шалью снежной.

Будь нежной,
Как звон капели,
Как дождь, который
Пойдет в апреле.

В век грубый
Пусть наши губы,
Всегда друг к другу
Припав поспешно,
Встречают нежность.

Как неизбежность.

Когда дороги непроходимы,
Нам очень много необходимо.
Пусть одуревших от тьмы и смрада
Спасает нежность идущих рядом!

Светочка моя.
Веточка моя.
Я твой желтый лист.
Что же ты меня
Бросила в огонь
Осени чужой
И сожгла меня,
Светочка моя...

Возрадуемся жизнью!
Гименею
Исполним прославляющую песню!
Пусть наши души от любви пьянеют
И губы, словно розы пламенеют!

Нет.
Снова не твои шаги в подъезде...