Я искал тебя везде…

Я искал тебя везде.
На земле и на воде.
Там, где ― солнце
Там, где ― ливни и метели
Но не знал я одного,
Что найти тебя легко.
Ты пришла сама весной
Под звон капели!

Ты любима мной!
Любима! Да, любима!
Ты хранима мной.
Хранима. Да, хранима!
Даже ночью под луной
Ты отправишься за мной
В мир, где ждет нас
Наше счастье и любовь!

Мы пойдем с тобой по жизни
Через годы.
Через реки, океаны, небосводы.
С этой песней на устах
Полетим на облаках,
Обгоняя стаи
Легкокрылых птах!

До совершенства миру — далеко !!!

До совершенства миру — далеко,
Как до Луны, а, может быть,
До Марса!
Оно сквозь пальцы
Смыслом протекло,
Оставив с носом долбо… ов
царство!

Стучат они в древесную кору,
На завтрак
Чтоб добыть себе букашку.
И, чтоб, проделав в дереве дыру,
В ней поселить за ипотеку пташку!

Она родит потомство по весне,
Чтобы жилось на свете ей нескучно,
И, будет бойко прыгать по сосне,
Как будто от аванса до получки!

И, словно лес дремучий,
Жизнь вокруг
От кедра к ели, как от дома к дому,
Потянется,
Не выпустив из рук,
Всего того,
Что с детства так знакомо!

Убожества в мечтаньях и делах:
Чтоб стать великим,
Надо быть скромнее,
Иначе не поместятся в Мирах
Вселенских гениальные идеи!

Ну, надо ж, папа Карло, молодец,
Строгать он наловчился Буратино…
Крадется между елочек писец
На лапках полусогнутых картинно!

Игрушечный и сказочный мирок,
Придуманный хитро
Для персонажей,
Где добродетель, победив порок,
На хлеб свою победу не намажет!

Где бедность и богатство
Сотни лет
Ведут борьбу
Друг с другом понапрасну!..
Где ясность мысли выдают за бред,
А оплеуху и пинок —
За ласку!

Где справедливость —
Это звук пустой!
Где деньги — все,
И — ничего, в итоге!
Да и планета, будто бы изгой, —
Вдогонку матерок, плевок под ноги!

Где тратят миллиарды на войну,
Чтоб в мире находиться и согласье…
Ну, где тут место — истины зерну?
Наверно, на Луне или на Марсе!

Ты — до безумия прекрасна!

Ты — до безумия прекрасна!
И рядом быть с тобой опасно!
Твои насмешки и лукавство —
Тобой придуманное яство!

Им потчуешь меня на славу,
Не забывая про приправу:
Игривый взгляд, кокетства — в меру.
В движеньях — грация пантеры!

Чуть-чуть — того или другого
Под шелест платья кружевного,
Я уже горю от страсти
В твоей гнетущей сердце власти!

И алый бантик губ капризных,
Как будто —
Счастья светлый призрак.
Ловлю его,
Но все без проку!
Отчаянье ложится в строку.

Моя мечта, что нет чудесней,
Любви не стала чудной песней.
В ней нет мелодии, куплетов.
Еще чего в ней только нету!

Ты — мед, ты — яд,
Ты — боль, блаженство!
Ты — тайна тайн природы женской!
Не в том ли кроется разгадка,
Что ты играть не хочешь в прятки:

— Ведь мы с тобой — друзья,
И — только!..
А мне так слышать это больно!
На рану ножевую — пластырь,
В моей судьбе — твое участье!

Ведь, называя своим другом,
Ты загоняешь меня в угол!
И корчится душа от муки
Под громкий лай соседской суки!

Ты до безумия красива!
И рядом быть с тобой — нет силы!
Я за порог шагну из плена,
Как будто бритвой вскрою вены!

Милый друг! Не тоскуй обо мне.
И напрасно не жги свечу.
Всё равно я на белом коне
Ясным соколом не прилечу!
Всё равно заколотят дом,
Будет брошен наш милый сад,
Всё равно - свистящим кнутом -
Через сердце пройдёт полоса!..
Старый дом; позабытый двор;
Вся в сирени и звёздах ночь...
Я влезаю в окно, как вор,
И, как вор, удаляюсь прочь.
Не луна, а холодный путь,
Не тоска, а вчерашний сон -
Болью острой - пронзили грудь,
И тревогам - подняли засов.
Право, полно. Что же я так?
О себе - я давно сказал:
Нелюдим и смешон чудак -
Не смотри ты в его глаза.
Только, знаешь, я так устал! -
Солнце лижет больную грудь,
Болью сжаты мои уста, -
А ещё не окончен путь...
Пустоцветов букет не рви,
Сны о прошлом - забудь скорей,
Не томись и не жди до зари
Голосистых часов-звонарей.
Всё пройдёт. Отцветёт наш сад,
Как листва - пожелтеет... Что ж?
Будет снова в твоих глазах
Непонятная многим дрожь.
Мне остались - печаль и ты,
Среди ночи - окно и свет...
Всё ж, мой друг, не сжигай мечты,
Дом наш светлый - рисуй на песке!..

Исполнен облик твой
Изысканной мечтой
О том, что ты обречена на счастье.
Но в жизни столько бед.
Никто не даст ответ,
Что встретишь в этом мире через час ты.

И Бога я молю,
Чтоб молодость твою
Оберегал он всюду ежечасно,
Совсем не потому,
Что я тебя люблю.
А просто потому, что ты прекрасна.

Пусть онемеет гром,
Остолбенеет шторм,
Когда глазами встретишься ты с ними!
Пусть ангелы и те
Дивятся красоте,
Неповторимой и необъяснимой.

Я их уговорю,
Чтоб молодость твою
Не опалил пожар надежд напрасных,
Совсем не потому,
Что я тебя люблю,
А просто потому, что ты прекрасна!

Не верь, что прошлое ушло
И всё - не с нами.
А что стучится всё равно
В ту дверь, с замками?
В ту дверь, которую
С тобой мы закрываем.
А от кого и от чего -
Не знаем...

Предугадай меня в себе.
Наполни образ мой блаженством
И красотой , и совершенством,
Благословением судьбе...
Возьми воображения кисть
И холст небесного пространства,
Чтобы навек изобразить
Своей мечты заветной странствие.
Предугадай меня в себе
И назови любовью это.
И знай,с мечтою о тебе,
Уже написаны портреты.

Певица голосом
Поёт натужным.
Прилипли волосы
К груди простуженной.
Лабух скрипач
Фальшивит ноты.
Косой фирмач
В нос тычит шпроты.
Бармен-стукач
Навар считает.
Швейцар-палач
Тёлок гоняет.
Всё мирно, чинно -
Как подобает.
Скрипач за чирик
Брамса играет.
Счёт принесли.
Домой бы надо.
Фирмач, прости.
Спи,бедолага...

Надо ж этому случится -
На меня махнул рукой.
Перестал на мне жениться,
Нехороший он такой.
Не красавица, не пава,
Но зачем же обещал?!
Водку пил с моим он папой
И на свадьбу деньги взял...
Перестал на мне жениться.
Он такой, едрёна вошь.
Перед самым ЗАГСом смылся.
Где его теперь найдешь?...

Смирения щит окутал душу
Умиротворения ,спокойствие даря.
Но скоро в путь,я принимаю ношу
Чередование грехов,раскаяния-моля.
Прозрения миг откроется-светлей,
Я понимаю,что идти все тяжелей.
И путь бросать нельзя...
Искрой блеснет подсказка для меня.
Вот этот грех ты в силах сбросить!
Тяжелую работу над собой.
Инстинкт мой просит.

Вечер тёмный и хмельной,
Тянет с поля мятой,
Месяц вышел молодой,
Смотрит хитровато.
Расстилается туман,
В сон уходят травы,
У серебряных полян,
Вязнут в снах дубравы.
В сладко-нежной дрёме лес,
Веет тихой грустью.
Даль-пространство до небес
Пахнет доброй Русью.

Я мудрым стал и больше всех молчу
о том, что не сбылось и не сумелось:
во сне все время к терниям лечу,
толкая в спину без раздумий смелость.

Не нужно ни бахвальства, ни высот,
а гордость и браваду отставляю,
и понимаю, что давно не тот
и в грезы много лет не залетаю.

Я мудрым стал и больше всех молчу,
перебирая взлеты и падения,
признаюсь, что мне много по плечу,
но помогали больше всех сомнения.

Жизнь испытаний вдоволь поднесла-
я часто думал, что судьбе не милый,
но только мысль одна меня спасла:
бог посылает каждому по силам.

Да, мудрым стал- с начала не начать
и в этом суть, и прелесть бытия,
а на поступках ангела печать-
не открутиться:" Это был не я!"

Но мудрым стал и больше всех молчу...

тело ходит, бродит.
чешется тело. тело зудит.
вольное тело. человек спит.

и вот уже потихоньку
из малых мыслишек,
из тайных желаний,
упираясь корнями, вырастает тело.
обрастает мясом, наливается силой,
а человек спит. человек бессилен.
спит.
бессилен.

проснулся ?
потянулся и не встать.
кругом зима. тополя в снегу.
" не могу "- кричит,
" не могу ! "
" помоги мне ! "
" подними меня ! "
" убери снег, собери тополя ! "

непослушное тело не пускает в дверь,
из родного чрева вылезает зверь.
" вспомни маменька , выпей папенька ! "

я грызу кору, чтоб зарыть дыру.
чтоб оставить срам, моё тело - храм.
тело - храм.
тело.
тело - храм.
храм.

В пальме кроны вековой,
Свила птичка домик свой,
Скоро вывела птенцов,
Стал уютным милый кров.
Вдруг явился утром слон,
Был какой-то странный он;
Хмурый был и горделив,
Взгляд его был суетлив.
Слон на пальму ту взглянул,
Громко в радости вздохнул,
Стал чесаться слон о ствол,
Он в блаженстве томно цвёл.
Птичка вьётся пред слоном:
- Домик мой, слон, ходуном!
Пальму больше не тряси,
И изволь скорей уйти,
А иначе удружу,
Я тебя, слон, накажу!
Слон на птичку посмотрел,
Усмехнуться он посмел:
- Ты, певунья, с ноготок,
А грозишь, как носорог.
Дело делать не мешай,
Вон, у кустиков, летай!
Да покоя в птичке нет,
Ей в семье не нужно бед:
- Ты детишек сна лишил,
Домик наш чуть не сгубил!
Я добром прошу уйти,
Пальму больше не трясти!
Слон ничуть не горевал,
Птичке он в ответ сказал:
- Завтра я приду опять,
Соизволь меня ты ждать!
Слон на тропочку шагнул,
Скоро в чаще он уснул.
Слон явился утром вновь,
Стал гонять у пальмы кровь.
Он чесался и трубил,
Боком пальму слон скоблил.
Птичка носится пред ним:
- Ты не внял словам моим!
Ты птенцов довёл до слёз,
Учиню тебе я спрос!
Полетела птичка в лес,
Слон не лил пустых словес:
- Мне тебя страшиться грех,
Нет преград мне и помех!
Я любого сам побью,
На земле столбом стою!
Пред слоном вдруг стая птиц,
Стае той не знать границ.
Слон в испуге поднял взгляд,
Сам себе он стал не рад,
Птицы все пред ним горой,
Вмиг рванули птицы в бой,
Стали вдруг слона клевать,
Слон стал дико верещать,
На весь лес он затрубил,
В беге слон рекорд побил.
Прибежал на речку слон,
Рассуждать стал здраво он:
- Вот тебе и мелюзга,
Расклевала мне бока,
Больше к пальме ни на шаг,
Попадёшь опять впросак!
Птичка стала жить-живать,
Горя-горюшка не знать,
Встали дети на крыло,
На душе её светло.
Слон за ними наблюдал,
Долго он ни ел, ни спал;
Осуждал поступок свой,
Был он явно не герой.

Конец

Автор: Виктор Шамонин-Версенев

Я жду когда ты остановишься,
Внимательно посмотришь вокруг
В надежде, что скрылся.
Уже готовый на что-то страшное,
Что обычно делают
Притаившиеся звери...
Тогда ты увидишь не меня -
Увидишь просто, что ещё не один,
Поправишь рукав,
Попробуешь улыбнуться и пойдёшь дальше.
Любовь ждет.
Я спасаю любовь...

Время.

Вчерашний хит
Уже забыт,
А на диване
Кот сидит,
Газета рядом,
А число …
Как быстро
Время понесло.
Часы стучат,
Вгоняют в дрожь
Ужель старик?
Ужель итожь?
Кот выгнул спину,
Заурчал
И тут будильник
Замолчал…
* * *

Русской деревне.

Почерневшая дранка – крыша
Все в расщелинах брёвна – сруб
Из деревни я родом вышел
Простоват, недоверчив, груб.

Позабыв про тебя родную
В суматохе ничтожных дел,
Как икону на век святую
Я б тебя написать хотел.

Я безжалостно годы транжирил
Когда молод был и силён,
Ах, деревни мои, как вы жили?
Как выращивали свой лён?

И виню я себя и тоскую
Повидала ты много бед.
Как невесту, тебя целую
Принимай от меня привет.

Всё до боли родные лица,
Всех узнаю, кого не спроси.
Из колодца б воды напиться
И с рассветом траву косить.

Сотни лет ты всегда под гнётом
Выживала, растила хлеб,
Поливая Россию потом
Всем чиновникам на потреб.

Вот прошу у тебя прощенья
И не в силах ни чем помочь
Милым островом утешенья
Будь со мной, когда кану в ночь.

Будь же вечна! Прошу, заклинаю.
Не смотря ни на что – живи!
Без тебя я и Русь не признаю,
Белым облаком вдаль плыви!

* * *

Гимн весне!

И я тону в объятьях мая!
Я задыхаюсь новизной,
Вот – рай и нет другого рая
Кружится молодость со мной!

И есть желанья и надежды,
Есть вера в счастье вновь и вновь
И грубым языком невежды,
Весне пою свою любовь!

Что осень, - дряблая старуха
Сравниться ж разве ей с тобой,
Тут щебет птиц ласкает ухо
И жизнь, проснувшись, рвётся в бой!

Когда живым лучам навстречу,
Пробив асфальтовый поток,
Такая радость, как замечу,
Обычный, простенький цветок.

* * *

Поле-полюшко в цветах,
Небо - синь бездонная.
Русь вздремнула на стогах,
Богом бережёная.
Льёт от края и до края
Радость и печаль;
Над цветами, ангел тая,
Обряжает их в сусаль.
Запах мяты и полыни,
Одинокий клён,
И качает нити сини,
Колокольный звон.

Меняйте грусть на смех
Обиду на прощение
Провалы на успех
Надежды на свершения

Меняйте штиль на шторм
Сражения на объятия
Падения на подъём
Надменность на симпатию

Меняйте тьму на свет
Тоску на изумление
Чтоб сохранить на век
Счастливые мгновения

Город камня - жизнь моя. Кепка, зонтик, свитер
Не любить тебя нельзя. Сероглазый Питер
Всюду здешняя тоска дышит пониманием
Скука длится без конца. Нет пустых желаний

Все вокруг радушно спят, нехотя блуждая
И таинственно сопя молча рассуждают -
Не о том, что впереди. Не о том, что было
А о том, что льют дожди - долго и уныло

Я, такой же, как они. Добрый, без обманки
Петербуржцы - старики. Дети - коммуналки
Кухня, чай, соседский вой, медный крест под свитер
Твой бессменный часовой. Сероглазый Питер
©Михаил Шитов

Кончился мой срок. Здравствуй, милый мой!
Расскажи ж теперь, расскажи,
С кем любил-гулял средь высоких трав,
С кем бродил по полю во ржи.

Если бы ты знал, как считала дни,
Как ждала свиданий с тобой!..
Почему ж пути вольные твои
Стороною шли, стороной?

Ты, конечно, прав – красота моя
Уж не та, что раньше была…
Для тебя тогда сделала я всё,
Лишь, прости, предать не смогла!..

Ты же говорил, ты же обещал
Быть до самой смерти в долгу.
Что не вспоминал, весточек не слал –
Я тебе простить не смогу!

Помнишь ту весну? Так же, как сейчас,
Бушевал для нас звёздный дождь…
Не рыдай, душа! Сердце, не боли!
Не вернёшь того, не вернёшь!

Ты же обещал верно ждать, пока
Я за нас обоих сижу…
Я тебя от них, от обетов тех
Нынче, милый, освобожу!

…Как живой, лежишь. Только чуть видна
На виске печать кистеня…
Будешь ты теперь мой, навеки мой,
Будешь где-то там ждать меня!

Солистка.
Признаюсь вам без преувеличенья:
Закуски нет под водочку милей,
Чем языки, приправленные хреном,
Что прямо шепчут – выпей и налей.
Сложу я их в уютненький судочек,
Придвину к ним графинчик ледяной...
Язык под хреном – это вкусно очень.
Это такое, что проглотишь свой!

Его сготовить, право же, непросто –
И хрен стереть, и выбрать языки…
Но как зато довольны будут гости,
А тосты будут, как хрусталь, звонки…
Язык свиной – отрада для визжащих,
А кто мычит – телячий в самый раз!
Язык под хреном – это настояще…
Это, скажу вам, – кулинарный класс!

Язык под хреном стол любой украсит
И во дворце, и в хижине простой…
Поспорит он и с конскою колбаской,
И с балычками, и с самой икрой!
И потому держу на всякий случай
Язык и хрен в заветном уголке…
Язык под хреном! Что быть может лучше!
…Ну, разве только хрен на языке!

Признаюсь вам без преувеличенья:
Закуски нет под водочку милей,
Чем языки, приправленные хреном,
Что прямо шепчут – выпей и налей.
Язык с хренком – конечно ж, объеденье!
Но, чтоб букет полней был ощутим,
Маво хреночка, милый, для сравненья
Потом попробуй язычком своим!

Хор.
Язык под хреном – что ж, это дело!
(Тому спасибо, кто изобрел)…
Он и в застолье, он и в постели
Не только вкусен, но и весёл!
Язык под хреном иль хренчик сверху –
Давай, хозяйка, быстрей готовь!
А мы устроим ему проверку
И так и этак, и под и верхом
Насколько вкусом он не хренов!

Прожила лиса без бед,
Не один десяток лет,
Никогда не дула в ус,
Ощущала жизни вкус.
Тут явилась старость к ней,
Хоть рекою слёзы лей;
Силы в лапах никакой,
Ей не в радость свет дневной.
Рассуждать лиса взялась:
- В лужу мне нельзя упасть!
У медведя есть изба,
В ней пожить моя судьба!
Слов лисичке не толочь,
Мысль легко с собой волочь;
Заявилась к Мишке в дом,
Бьёт лиса пред ним челом:
- Милый Мишенька, мой свет,
Жизнь моя теряет цвет.
Стала старой я совсем,
Много сплю и мало ем.
Дай в избе ты мне пожить,
Мне себя не прокормить!
Пожалел её медведь:
- Мне грешно тут не хотеть.
Время то не за горой,
Старость та придёт за мной.
Полезай, лиса, на печь,
Силы сможешь там беречь,
А с едой проблем не знать,
Будешь жить, не горевать!
Радость ей не скрыть ничуть,
Ей спины теперь не гнуть,
И лиса пошла в обход,
Там, в сенях, уж лапы трёт.
Взгляд лисы огнём горит,
Мёд она в кадушке зрит:
"Ах ты, Миша-Михаил,
Жизнь мою ты подсластил!
Силы я в себе найду,
Ночью в сени я приду"!
Вот на двор ступила ночь,
А лисе уже невмочь;
Стук да стук она хвостом,
Глазки кажет с огоньком.
Мишка задал ей вопрос,
Взглядом он к лисе прирос:
- Что ты, лисонька, не спишь,
Целый час хвостом стучишь?!
Да лисе не тратить слов,
У неё ответ готов:
- Там, в сенях, мышей полно,
Выгнать их пора давно!
Всё пищат они, пищат,
Сон мой чуткий теребят!
Отвечает Мишка ей:
- Так гони их из сеней!
И лиса с печурки, прыг,
В сени ходом, напрямик;
Мёда в бочке в самый край,
Только лапой управляй!
Съела лисонька вершок,
Вновь на печке греет бок.
Мишка глазки приоткрыл,
Словом лишним не грешил:
- Мыши вроде б не пищат,
Будешь спать, лиса, в услад!
В небесах лиса кружит,
Языком едва шуршит:
- Прогнала мышей я всех,
Им теперь не до потех.
Спи, Мишутка, без тревог,
Для мышей есть в поле стог!
Скоро день явился в дом,
В срок и ночка чередом.
Вновь хвостом лисичка бьёт,
Глаз от Мишки не ведёт.
Мишка гнев не проявлял,
Он лисе вопрос задал:
- Что ты, лисонька, не спишь,
Два часа хвостом стучишь?
Да лисе не тратить слов,
У неё ответ готов:
- Мыши те опять в сенях,
Потеряли, видно, страх!
Всё пищат они, пищат,
Сон мой чуткий теребят!
Отвечает Мишка ей:
- Так гони их из сеней!
И лиса с печурки, прыг,
В сени ходом, напрямик.
Ест она пригоршней мёд,
В бочку с мёдом нос суёт;
Как наелась, вновь на печь,
В мыслях ей теперь не течь.
Мишка чуткость проявил,
Он ей время уделил:
- Мыши вроде б не пищат,
Будешь спать, лиса, в услад!
У лисы один ответ:
- Да, мышей в сенях уж нет!
Спи, Мишутка, без тревог,
Для мышей есть в поле стог!
Месяц вышел за плетень,
В избу входит новый день.
Мишка утром встал с зарёй,
Накрывал он стол с душой;
На столе том самовар,
Пирогов пахучий жар,
А коль мёда есть запас,
К чаю мёд им в самый раз!
В сени Мишка завернул,
Век над бочкой не сомкнул:
- Эко диво, мёд пропал,
У меня он год стоял!
Возвратился Мишка в дом,
А лиса уж за столом!
Почесал он нервно нос,
Учинил лисичке спрос:
- Там, в сенях, стоял медок,
И куда ж он деться мог?!
В удивлении лиса,
Лапой трёт она глаза:
- Это мыши съели мёд,
Знаю их мышиный род!
Мишка в думку ту полез:
- Тут, лисичка, тёмный лес!
Мыши мёду не едят,
Он для них смертельный яд!
Да лисе стыда не знать,
Не судьба ей горевать:
- Нет цены таким словам,
Может, съел медок ты сам?!
Возмутился Мишка, жуть:
- Можешь ты, лиса, куснуть!
А лиса и говорит:
- Ум, твой, Мишенька, чудит!
А медок мы твой найдём,
На полянку, друг, пойдём.
Там, на солнце, полежим,
Наш вопрос и разрешим;
Коль на солнце греть живот,
Вмиг наружу выйдет мёд,
И посмотрим, кто же прав,
Без размолвок и расправ!
Вот прошёл какой-то час,
Не сомкнёт лисичка глаз.
Мишка очень крепко спит,
Сны прекрасные глядит.
Тут лисичка ходом в дом
И назад бежит, с медком;
Наскребла по дну чуток,
Пригодился ей медок;
Мишке мажет им живот,
Вся в той радости цветёт.
Мишка кажет сонный лик,
Вдруг он слышит дикий крик:
- У тебя живот в меду,
Я тебя, мой друг, пойму!
Ведь на то ты и медведь,
Как тут мёду не хотеть?!
А меня винить не смей,
Нет в лесу лисы честней!
Ночью Мишенька не спит,
Он под нос себе бубнит:
- Мыши мёду не едят,
Он для них смертельный яд,
Но и я медок не ел,
Кто ж кадушку мёду съел?!
И опять твердит своё:
- Но не ел я, ё-моё!
Да лисичка крепко спит,
Тем хвостом уж не стучит,
А в сенях мышиный бал,
Спать лисе он не мешал.

Конец

Фи!

С томной Софи на борту пакетбота
Плыл капитан иностранного флота,
Возле Софи он вертелся, как черт,
Ей создавая комфорт!
Он перед нею ужом извивался,
Он в комплиментах, как мог, рассыпался,
И, хоть Софи недотрогой слыла,
Но, будто роза, цвела!

Был капитан, как мальчишка, влюблён,
Что, как известно, приводит к беде –
Не удержался на палубе он
И очутился в воде!
…Как хорошо начинался роман…
Что же вы так, дорогой капитан!

В тот же момент к капитану шмыгнула
Зубы оскалив, большая акула –
Очень уж, видно, понравился ей
Блеск золотых якорей!
Но после завтрака с дамою в баре
Был капитан, несомненно, в ударе,
Не испугался акульих угроз –
Кортик над нею занёс!

Видя всё это, в смущенье большом
Вскрикнула, вдруг побледневши, Софи:
«Ах, капитан, что вы, рыбу – ножом?!
Фи, шер ами, просто фи!»
…Нормы приличия помнить велят –
Рыбу ножом, капитан, не едят!

Был капитан оконфужен ужасно!..
Мигом забыл про акулью опасность,
За спину кортик покорно убрал,
Тихо «пардон» прошептал…
Но не была щепетильной акула,
Глазом она ни одним не моргнула –
Тут же проглочен был наш капитан!..
Так завершился роман.

Что ж, коль случился подобный конец,
И капитана, конечно, мне жаль,
Я для влюблённых и пылких сердец
Провозглашаю мораль:

Если на карту поставлена жизнь –
За этикет, капитан, не держись!
Перед дилеммою «быть иль не быть»
Можно приличья на время забыть!
Если опасности жизни грозят,
То всё равно, чем рыбёшку едят!

Между мной и тобою,
Меж тобою и мною
Он, как маятник вечный, –
То туда, то сюда…
И от встречи до встречи
Пролетают мгновенья,
Каплют жизни минуты,
Как в клепсидре вода…

Он, как маятник вечный,
На подвесе беспечном
В часовом механизме
Треугольной любви,
В механизме капризном…
И то чаще, то реже,
То длинней, то короче
Он идти норовит.

Припев.
– А я жена ему! – А я любовница!
– Он только мой! – И мне он не чужой!
Но не ищи во мне змеи-виновницы,
Что часть любви он отдаёт другой…
Да только стоит ль нам скорбеть и маяться,
И бить горшки, и рушить наш уют!..
Пока мы чувствуем – считает маятник,
Пока мы есть – часы любви идут!

Ходит маятник если
На коротком подвесе,
То, хоть встречи и часты,
Да совсем коротки…
А на длинной оснастке
Хоть свидания редки,
Да безумною страстью
Хороши колдовски.

Как нам выбрать с тобою,
Что устроит обоих,
Чтоб любви не разрушить
Часовой механизм…
Пусть обиды не душат
И часы не устанут,
И давай обойдёмся
Лучше без укоризн.

Припев.