Гулял по улице. Дождило.
Укрылось небо тучной тьмой
И был у солнца выходной.
Расхулиганился Ветрило.
Гром был без молний – холостой.
Им оплатил бы за простой,
Но с кошелька валюту смыло.

Гулял по улице ногами.
Дорога вредною была.
Совсем забросила дела –
Асфальт намазала кусками,
В тупик пруда ручьи вела.
Ларька стеклянная скала
С дождём играла фонарями.

Гулял по улице чумазой.
Шёл ниоткуда в никуда
И капель мокрые стада
Одежду наполняли массой,
А светофорная звезда,
Цвета меняя иногда,
Руководила жидкой трассой.

Ехал странник на коне
По разграбленной стране,
Впереди увидел хату
Этак сносную вполне.

Было в ней четыре стенки,
Печь была и даже дверь.
Была сверху даже крыша
Из соломы, верь не верь.

В доме том одна старушка
Очень древняя жила
И древнее чем избушка
Эта бабушка была.

Тихим голосом молилась
О здоровии царя,
Чтобы жизнь его продлилась.
Страннику казалось зря.

Слез с коня он, поклонился
И сказал старушке, что
Он бы точно не молился
За тирана ни за что.

- "Эка сволочь, ишь какая,
До чего довёл народ,
Ведь повысил он налоги
В десять раз за этот год!"

И ответила бабуля: -
"Когда была молодой,
Смерти я царю желала,
Мне казалось, он плохой.

Долго ль, скоро ль, но он помер.
Воцарился здесь другой.
Был он прежнего страшнее.
Мне казалось, царь плохой.

Смерти я царям желала
Много, много долгих лет,
Пока плохо так не стало,
Как ещё не видел свет.

И теперь боюсь я странник,
Что и этот царь помрёт,
Что наш следующий начальник
Всех нас со свету сживёт»

1 КУПЛЕТ:
Годы, как дороги,
Убегают вдаль
Унося тревоги,
Радость и печаль.

А в глазах любимых -
Море теплоты.
Ждать так терпеливо
Можешь только ты.

Я, как ветер в поле,
Как осенний лист,
Сцена и гастроли -
Всё, чем жив артист.

Ты – мой лучик счастья,
Посланный с небес…
Только б возвращаться
Каждый раз к тебе.

ПРИПЕВ:
Я вернусь домой
В холод или зной.
Голос твой родной
Услышу вновь.

Нежностью своей
Ты меня согрей!
С каждым днём сильней
Моя любовь!

2 КУПЛЕТ:
Лодку от причала
Унесёт волна.
Знаю, ты скучаешь
Без меня одна.

Снова обещаешь
Ждать на берегу.
На бегу - прощанья.
Встречи – на бегу.

Я не потеряюсь
Никогда вдали,
Путь мой озаряет
Свет большой любви!

Птицей перелётной
Скроюсь в облаках,
Сердце остаётся
У тебя в руках!

ПРИПЕВ.

- «А ну-ка, подсудимый, всю правду говорите,
Как всё происходило, суду вы опишите!»

- «Да, что уж тут рассказывать? Вернулся я домой
С работы очень поздно, со смены трудовой.
Жена лежит в постели и смотрит на окно,
Окно открыто настежь (но жарко всё ровно)
А за окном мужчина в одних трусах бежит.
Обычно я спокойный, но тут как динамит,
От ревности взбесился и тумбочку схватил
И с двадцати двух метров ей в гада засадил».

- «Скажите потерпевший, как всё происходило,
Прошу вас расскажите всю правду, как всё было»

- «Послушайте, присяжные, послушайте, судья!
Вот спортом занимаюсь, короче, бегом я.
Бежал себе спокойно не трогал никого
И никому плохого не делал ничего.
( Вы знаете, бег лечит артрит, радикулит.)
И тут в меня из здания вдруг тумбочка летит»

- «А, вы скажите, женщина, как всё происходило!»
- «Вы знаете, не знаю, в тот вечер жарко было
И спать легла я, приоткрыв окно,
К тому моменту я спала давно».

- «Прошу свидетель нам всё рассказать,
Как всё происходило описать».

- «Я ничего увидеть не успел,
Поймите же, я в тумбочке сидел!»

Он идёт домой.
Дома ждёт покой.
Дома ждёт жена.
Холодна она.
Нет, она не труп –
Она сварит суп.
Дома дети ждут.
Дом – спокойный пруд.
Вроде всё в нём есть –
Ценностей не счесть,
Только нет любви,
Сколько не зови.
Её в сердце нет
Уже много лет.

Жил своим трудом.
Всем наполнен дом,
Только счастье где?
В миске на плите?
Вроде есть жена.
В сорок лет она
Хороша собой
И мила порой
И в делах помочь,
Если что не прочь,
Даже не ворчит,
Только мрачен вид.
Родила детей –
Странных двух людей.
Вроде бы свои.
Безразлично чьи.

Жизнь тиха, как пруд?
Нет, болото тут.
Просто нет любви.
Словно яд в крови,
Тина на душе.
Кажется уже:
Смерть пришла б скорей
Или сам бы к ней.

Ну а может быть,
Перестать бы ныть,
Да позвать любовь
И ожил бы вновь.

За деревней, у речушки,
Проживал мужик в избушке;
Жизнь его была не мёд,
Воз забот он в гору прёт,
Да печали гонит прочь,
В той работе день и ночь;
Жить ему иначе грех,
В сыновьях проблема в тех,
У него их трое, в ряд,
Кушать мальчики хотят!
Год за годом так и шли,
Все сыночки подросли.
Вот женился старший сын,
Жизнь у сына без кручин,
Средний сын жену привёл
И работать стал, как вол!
Жёны тоже при делах,
Работёнка им не в страх,
А потом они все в поле,
Нет семье на отдых доли
И, казалось, наконец,
Радуй сердце ты, отец;
Поживай без тех забот,
Наедай себе живот!
Да расстроен был старик,
Прячет он печальный лик;
Младший сын его, Емеля,
Был ленивым в каждом деле!
Эта нудная работа,
Не совсем его забота,
И жениться ему лень,
В деле он одном кремень;
Сытно, вкусненько поесть,
Да на печь скорей залезть,
Сутки спать на печке той,
Чтоб до храпа, на убой!
Так минуло восемь лет,
Как-то осень встала в цвет,
Всех в работу запрягла,
Всем сейчас им не до сна;
Лишь один Емеля спит,
Сны он чудные глядит.
Добрый вышел урожай,
Закрома под самый край,
От излишков вновь навар,
Их сменяют на товар,
А потом уж нет забот,
Семью отдых зимний ждёт.
День базарный наступил,
На базар народ убыл,
С сыновьями и отец,
Погрузился, наконец.
Дал Емеле он наказ,
Самый строгий в этот раз,
Чтоб невесткам помогал,
Их ничем не обижал,
А за помощь, посему,
Обещал кафтан ему.
Был Емелюшка согрет,
Долго он глядел им вслед,
А в деревню брёл мороз,
Стужу раннюю он нёс.
Наш Емеля влез на печь,
Сбросил все заботы с плеч;
Той минуты не прошло,
Храпом домик сотрясло.
Да невестушки в делах,
При своих они правах.
Этих дел невпроворот,
Не смахнуть с лица им пот!
Наконец, свистульки-трели,
Тем невесткам надоели,
К печке двинулись они,
Слов своих не берегли:
- Эй, Емеля, ну-к, вставай,
Поработай-ка давай;
Хоть воды нам принеси,
Гром тебя здесь разнеси!
Он сквозь дрёму отвечал,
Им слова с печи швырял:
- Неохота за водой,
На дворе мороз такой,
У самих же руки есть,
Легче вёдра в паре несть,
А тем, боле, задарма,
Не свихнулся я с ума!
Прорвало невесток тут,
В бой они опять идут:
-Что сказал тебе отец,
Помогать нам, наконец?!
Если ты пойдёшь в отказ,
Пожалеешь, знай, не раз;
Горьким выйдет тот кисель,
Про кафтан забудь, Емель!
И Емеля заюлил,
Он подарки так любил,
С тёплой печки стал вставать,
Словом начал их хлестать:
- Не орите на меня,
Вишь, уже слезаю я!
Разорались, дом трясёт,
Мертвяка ваш крик проймёт!
Он топор и вёдра взял,
До реки трусцой домчал,
Тут же прорубь стал рубить,
Рот зевотою сушить;
Нет в работе куража,
На печи его душа!
Прорубь долго он рубил,
Выбивался весь из сил,
Сделал дело, наконец,
Полнить вёдра стал, делец;
Уж ведёрки те с водой,
А ему сейчас, хоть вой:
"Ох, водичка, тяжела,
Руки рвёт мои она!
Только б мне её донесть,
Да на печь скорей залезть"!
Вдруг в ведро Емеля, глядь,
Сих чудес не мог понять;
Щука плещется в ведре,
Тесно ей в такой воде!
Тут Емеля рот раскрыл,
Удивлён не в меру был:
- Это ж надо, так попасть,
Поедим ушицы всласть,
И котлеток сотворим,
Вечер славно посидим!
Только молвит щука та:
- Из меня горька уха,
И котлеточки горьки,
Боком вылезут они;
Лучше слушай и вникай,
Да на ум себе мотай!
Возвратишь меня домой,
Стану я тебе рабой,
Все твои желанья, друг,
Я исполню без потуг!
Говорю тебе слова,
Скажешь их, Емель, едва;
"По Емелину хотению,
Да по щучьему велению...",
И зови любой каприз,
Будет вмиг тебе сюрприз,
А сюрпризам тем, Емель,
Нет конца, ты мне поверь!
Поражён Емеля был,
До ушей он рот раскрыл,
Щуке верил и внимал,
На печи душой лежал,
Посему и двинул речь,
Стал язык морозом жечь:
- По Емелину хотению,
Да по щучьему велению,
Сами вёдра пусть идут,
Сами к дому путь найдут!
Вдруг издал Емеля крик,
Ловит он счастливый миг;
Вёдра двинулись вперёд,
Без его совсем забот;
Шли тихонько, без труда,
В них не плещется вода!
Щуку в прорубь он пустил,
Вслед за ними припустил.
Заявились вёдра в дом
И на место стали в нём,
И Емеля место знал,
Тут же печку оседлал,
Храп по домику несёт,
Никаких ему забот!
Да невестушки не спят,
Вновь Емелю тормошат:
- Ей, Емелюшка, вставай,
Наруби нам дров давай!
Шлёт Емеля им ответ,
Суеты в нём просто нет:
- Я, извольте знать, ленюсь,
Делать это не возьмусь!
Вон, под лавкой, есть топор,
Да и выход есть на двор!
Те невестки сразу в крик,
Не впервой им мять язык:
- Обнаглел ты уж, Емель,
Зададут тебе, поверь!
Возвратятся вот мужья,
Мы расскажем про тебя;
Обижать не стоит нас,
Про кафтан за нами глас!
И Емеля шустро встал,
Он подарки обожал:
- Всё, невестушки, бегу,
Отказать вам не смогу;
Нарубить мне дров пустяк,
Вам я, милые, не враг!
Только женщины за дверь,
У Емели шаг не мерь.
Он на печь обратно, шасть,
Начал речь в зевоте прясть:
- По Емелину хотению,
Да пл щучьему велению,
Эй, топор, живей вставай,
Поработай-ка давай,
А потом домой опять,
Моего приказа ждать,
А дрова пусть в дом идут,
В печку сами упадут!
Ну, а я вздремну чуток,
Этак, суточек с пяток!
И топорик скок во двор,
Стал рубить дрова топор.
Нарубил он много дров
И под лавку, был таков,
Те дровишки в печку, прыг,
Разгорелись в один миг.
Шло за ночью утро вслед,
В окна брызнул слабый свет,
А морозец на дворе,
Загулял по той поре!
Огонёк дрова съедал,
Аппетитом не страдал,
Исходил запас тех дров,
Под угрозой отчий кров!
Вновь невестки кажут лик,
Прут к Емеле напрямик:
- Ты, Емеля, в лес езжай,
Дров на вывоз запасай,
И в отказ идти не смей,
Собирайся, дуралей;
Неровён ты нас обидишь,
То кафтана не увидишь!
С печки он тихонько слез
И на дворик, под навес;
В сани лошадь не не запряг,
Развалился в них, чудак!
Посмешил он здесь народ,
Смех по улицам идёт,
А Емеля в тех санях,
С речью странной на устах:
- Эй, людская простота,
Отворяй-ка ворота!
Вам, народец, доложу,
По дрова я в лес спешу!
Чудеса народ твори,
Ворота пред ним открыл:
- Ты, Емель, не тормози,
Много дров домой вези!
Рысью, рысью, да в голоп,
Чтоб не бил тебя озноб!
Смех волною покатил,
Тут Емеля рот раскрыл:
- По Емелину хотению,
Да по щучьему велению,
Поезжайте в лес вы, сани,
Возвратимся мы с дровами!
С места сани сорвались,
По дороге понеслись.
Диву дивится народ;
Сих чудес он не поймёт!
Прикатил Емеля в лес,
Обозначил интерес:
- По Емелину хотению,
Да по щучьему велению,
Ну-к, топорик, навались,
До семи потов трудись,
И с дровишками, домой,
Я ж посплю часок-другой!
Вмиг Емелюшка уснул,
В ус себе совсем не дул,
А топор был молодец,
Погулял в бору делец;
Был в работе голова,
Бор пустил он на дрова,
В сани скоренько убыл,
В них топор чуток остыл.
Сани двинулись домой,
Те дрова в санях - горой,
А Емелюшка в дровах,
Спит, с румянцем не щеках!
Оказался слух так скор,
Царь узнал про этот бор.
Возмутился он: - Наглец,
Что за свинство, наконец?!
Погубить мой бор в куски,
Вправлю я ему мозги!
Бьёт тревогу царь в набат,
За Емелей шлёт солдат,
И солдаты прямиком,
Ворвались к Емеле в дом,
Стали мять ему бока,
Разбудили в нём зверька.
Слёз своих он не скрывал,
Всех их словом удивлял:
- По Емелину хотению,
Да по щучьему велению,
Бей их, палка, не ленись,
Перед ними не срамись!
С места палка сорвалась,
До солдат тех добралась.
Им, служивым, и не снилось,
Впасть в Емелину немилость,
И позора им не смыть,
Убегали, во всю прыть;
Доложили о Емеле,
Синяков сокрыть не смели.
Возмутился государь:
- Он воистину дикарь!
Так избить моих солдат,
Не пойдёт такой расклад!
Во дворец его, к утру,
Битым быть теперь ему!
А Емеля, той порой,
Позабыл про этот бой.
Он печурку обнимал,
Ни о чём не горевал.
Вот за ночью, наконец,
От царя к нему гонец;
Офицерик - мокрый ус,
С ходу он вошёл во вкус:
- Одевайся, поскорей
И до царских, до дверей!
А Емеля, знай, лежит,
Да под нос себе бубнит:
- На указ мне наплевать,
Царь ваш может подождать!
Как на двор придёт капель,
Соизволю к вам я, в дверь!
Возмутился вмиг гонец:
- Ты, Емеля, не жилец!
Он покрепче сжал кулак,
Наглецу влепил тумак.
Пал Емелюшка с печи,
Позабыл про калачи.
Стал в обиде он бледнеть,
Гневом праведным гореть:
- Ты же, братец,офицер,
Мне, какой даёшь пример?!
Но урок я сей, учту,
Научу тебя уму!
Офицер усы утёр,
На Емелю вновь попёр:
- Ты ещё и возражать,
Служку царского пугать?!
Я кому сказал вперёд
И раскрой попробуй рот!
Офицер рукой взмахнул,
Тут Емеля психанул,
Стал судьбу его вершить,
Усмирять такую прыть:
- По Емелину хотению,
Да по щучьему велению,
Поработай-ка, ухват,
Задай хаму во сто крат!
И ухват давай летать,
Служку царского долбать.
Резво он к царю бежал,
Сказ ему пересказал.
Царь готов был вынуть меч,
В гневе том он начал речь:
- Кто доставит, наконец,
Мне Емелю во дворец?!
Чин пожалую тому
И медальку, посему!
Вмиг нашёлся хитрый бес,
В душу он к царю залез,
До невесток поспешил,
Обо всем их расспросил,
Про кафтан у них узнал
И Емеле клятву дал;
Мол, поедешь ты со мной,
Ждёт тебя кафтан любой,
Да ещё подарков много,
На обратную дорогу!
И Емелюшка раскис,
На плечах его повис:
- Поезжай-ка ты, гонец,
Поскорее во дворец!
За себя я поручусь,
За тобою вслед примчусь,
Свой кафтан заполучу
И такой, какой хочу!
Хитрый бес убыл без бед,
Изложил царю секрет,
А Емеля в думку впал,
Он на печке рассуждал:
- Как же я оставлю печь,
У царя там негде лечь?!
Долго он ещё сидел,
Весь от думки той потел;
Осенило разом, вдруг,
Мысль его пошла на круг:
- На печи поеду, так,
А иначе мне никак;
На своих-двоих ходить,
Можно ноги повредить!
Он не тратил много слов,
Говорил, не знал оков:
- По Емелину хотению,
Да по щучьему велению,
Поезжай-ка, печь, к царю,
А я сон свой досмотрю!
Печка с места сорвалась,
До дороги добралась,
С ходу двинулась вперёд,
Диву дивится народ:
- У такого молодца,
Чудесам сим, нет конца!
Печка, знай себе, скользит,
Из трубы дымок струит!
Вот примчалось, наконец,
Это диво во дворец.
Царь картину эту зрел,
На глазах у всех белел,
Взгляд к Емеле обратил,
Строго с ним заговорил:
- Ты зачем же царский бор,
Запустил под свой топор?!
За поступок, сей дурной,
Ты наказан будешь мной!
Да Емеля не дрожал,
Он с печи ответ держал:
- Всё "зачем" да "почему",
Я тебя,царь, не пойму!
Ты кафтан мне подавай,
У меня ведь время в край!
Царь открыл в том гневе рот,
На Емелю он орёт:
- Ты, холоп, царю дерзишь,
Раздавлю тебя я, мышь!
Вишь, разлёгся, барин здесь,
Ты опух от сна уж весь!
Да Емеле не вопрос,
Речь царя из слов-угроз!
Он на дочь царя глядит,
Счастья в нём поток бурлит:
"Ох, красавица, не встать,
Дело нужно мне верстать,
И к царю в зятья попасть,
Захотелось, прямо страсть"!
Развязал он язычок,
Перешёл на шепоток:
- По Емелину хотению,
Да по щучьему велению,
Пусть же доченька царя,
Тут же влюбиться в меня,
Чтоб страдала от любви,
Чтоб в слезах была все дни,
И давай-ка, печь, домой,
Скукота здесь, волком вой!
Больно царь до слов охоч,
Слушать мне его невмочь!
Из дворца он покатил,
Царь словечки проглотил.
Стал он в гневе зеленеть,
Местью праведной кипеть,
А Емелю печь несёт,
Снега шлейф за ней идёт.
Прикатила печка в дом
И на место стала в нём.
Вот идёт в народ молва,
Разлилась водой она;
Про любовь царёвой дочки,
Про её бессонны ночки.
Царь ругает денно дочь:
- Я устал слова толочь!
За Емелю не отдам,
Не вводи отца ты в срам!
Уважай чуток меня,
Иль тебе не дорог я?!
Дочь не слушает отца,
Его мудрого словца.
Осерчал тогда отец:
- Это дерзость, наконец!
Непокорная какая,
Ждёт тебя судьба иная!
Свадьбе этой не бывать,
Вам наследства не видать!
Слуг он скоренько собрал,
Им приказ жестокий дал:
- Нужно им задать урок,
Изготовьте бочку в срок;
В изготовленную бочку,
Посадить такую дочку,
И Емелю опоить,
С нею вместе заточить!
К морю бочку ту свезти,
Приговор там привести;
Бочку в море с ходу бросить,
Пусть её волнами носит!
Слугам выпал в первый раз,
Исполнять такой приказ,
Но ослушаться нельзя,
Бочек много у царя,
Посему и жалость прочь,
Сей приказ свершился в ночь.
Бочка скоро на просторе,
Бьёт её волною море;
В бочке наш Емеля спит,
В бочке сны опять глядит.
Долго, коротко ль он спал,
Скоро страх его поднял.
В темноте и страхе том,
Бил он словом, напролом:
- Кто здесь рядом, отвечай,
Или двину невзначай?!
Он дыханье затаил,
Голосок был очень мил:
- Не ругай меня ты зря,
Здесь, Емеля, дочь царя.
Заточил отец нас в бочку
И на том поставил точку!
В море мы сейчас с тобой,
В споре с пагубной волной,
А погибнуть нам, иль нет,
Лишь у Господа ответ!
И Емеля понял суть,
Возмутился, не вздохнуть.
Стал он быстро говорить,
Чудеса свои творить:
- По Емелину хотению,
Да по щучьему велению,
Налетай же, ветерок,
Чтоб в беде ты нам помог;
Занеси нас в дивный край,
Нас из бочки вызволяй!
Ветер тут же налетел,
Бочку с ходу завертел,
Вмиг с воды её схватил,
Вверх с собою потащил,
Как до берега донёс,
В щепу бочку он разнёс,
И умчался стороной,
Тишь оставил за собой.
Дивный остров встретил их,
При красотах всех своих;
Золотой дворец на нём,
Птиц полным-полно кругом,
Чуть в стороночке - река,
В ивах чудных берега,
Воды реченьки чисты,
Есть берёзки у воды,
А в округе - светлый лес,
Да луга цветных небес,
А Емеля сам не свой,
Пред царевной молодой;
Взор его огнём горит,
Сердце ноет и болит.
Он не стал пред ней чудить,
Попросил женою быть;
Не пошла она в отказ,
Взор её в Емеле вяз.
Свадьба длилась три недели,
Танцевали все и пели.
Люд простой на свадьбе был,
И едал, и много пил,
И отец, и братья были,
И невесток не забыли,
А царь-батюшка в слезах,
Им покаялся в грехах,
И Емеле трон отдал,
И ничуть не горевал,
И Емеля, уж царём,
К щучке той явился днём,
Перед ней спины не гнул,
Волшебство он ей вернул.
Десять лет с тех пор прошло,
Ох, водички утекло!
Наш Емелюшка, как Бог,
Под собой не чует ног;
Правит сутки, напролёт,
Хорошо народ живёт!
У Емели пять детей,
Пять прекрасных сыновей.
Только, правда, пятый сын,
Уж совсем ленивый, блин!
Есть ещё один секрет,
Пусть его узнает свет;
Царь воздвиг за троном печь,
Да ему на час не лечь;
Коль теперь ты, братец, царь,
То бока свои не парь!
А на печь нашёлся спрос,
Держит сын по ветру нос;
Он на печке сутки спит,
Царь на сына не кричит.

Конец

Автор: Виктор Шамонин-Версенев
Художник: Мирослава Костина

Небо, небо, небо,
Небо голубое,
День десятый небо
Дождик беспокоит.

Дождик льёт на зонтики,
Дождик льёт на шапки
И котёнок серенький
Поджимает лапки.

Я котёнка зонтиком
От дождя прикрою:-
"Не волнуйся, маленький,
Я теперь с тобою"

А потом я стану
По колено в лужу.
Лучик солнца радостный
Мне заглянет в душу.

Я своё сознание
Под дождём отмою,
Я совсем спокоен -
Бог всегда со мною.

Представь!

Ты сидишь среди каменных скал.
Эти скалы безмерно тверды.
Ты себя этим скалам отдал
И фрагментом стал горной гряды.

Лишь тяжёлые камни вокруг.
В эти камни душою ты врос.
Ныне брат твой - базальт, кремень - друг,
И теперь ты - могучий утёс.

Стали кости крепки, как алмаз.
Стали мышцы, как горы, сильны.
Все энергии каменных масс
Твоему организму даны.

Я иду по мостовой,
Не угонятся за мной
Ни автобус, ни трамвай,
Так и знай, так и знай!

Быстрее мчитесь, ноги!
Эй, разойдись, народ!
Бегу я по дороге
Вперёд, вперёд, вперёд.

Мелькают справа, слева
Поля, луга, леса,
С пути успела прыгнуть
Хвостатая лиса.

Несусь быстрее птицы,
Лечу, хоть крыльев нет.
От Минска и до Ниццы
Не нужен мне билет.

И в направленьи моря
Я всё быстрей иду,
За сушу примут ноги
Бурлящую воду.

Бегу вокруг планеты
И нету мне преград.
Я мчусь быстрей ракеты,
Движению я рад.

Быть может, не замечу
Какой-нибудь страны,
Но в Минск вернусь я к вечеру
С обратной стороны.

Так нежно,так бережно друг к другу тянулись,
Но обожглись,едва прикоснулись,
Обидели,но тут же простили,
Простились,но друг друга не отпустили!

Махнули рукой,не рискнув оглянуться,
Неправду сказали чтоб назад не вернуться,
Смеялись в глаза чтоб не выдать печали,
А души в этот момент от боли кричали!

Пр. С глаз долой-из сердца вон,легко!
Время лишь в перёд необратимо.
Говорят что было то прошло,
Только что же между нами было?!

Если память до сих пор скорбит,
О твоём тепле невероятном?!
Если сердце до сих пор болит,
Хочет время повернуть обратно?!

Жизнь свою расставим по местам
И найдём ошибкам оправдание.
Только мы живём и ныне там,
Там где наше первое свидание!

Так сладко,так трепетно друг другом дышали,
Ответы все знали,но всё что-то решали.
Любили,но делали вид что дружили,
Потеряли друг друга,но всё ещё дорожили!

Два шага назад,рискнув потеряться,
Чужими,холодными старались казаться.
Руки разжали,но души связали,
Что падаем в пропасть,сами не знали!

Припев.

Страшнее пытки нет, душевной муки.
Сильнее чем огонь жжёт боль разлуки,
Когда нет рядом близких никого,
Когда уже не хочешь ничего,
Когда и белый свет тебе не мил
И просто жить, уж больше нету сил...

Страшнее пытки нет, душевной муки.
Сильнее чем огонь… вот опустились руки
И настроенья нет, лишь безысходность, тьма.
Не голова болит, болит душа сама.

И слышу в памяти моей
Ту музыку, что нас волнует
И ароматы тех минут
Опять проникли в голову шальную.

От слишком яркого свеченья
Тот миг оставил белый след
Всегда со мной, без промедленья
Идет воспоминаний трек.

В глазах застыли те мгновенья
И не забудутся никак
Они мне были пробуждением
В моих забытых вещих снах..

И я смотрела на тот сон
Как на картинку в книжном томе
И померещилися в ней
Те лица, что сейчас со мною..

Пришлися многие на миг
Чтоб не расплавиться от счастья
А мы от горя душу рвем
Так ведь все было не напрасно!

Разлей все звуки красоты
Возьми все лучшее с собою, чтоб миг на вечно был с тобою.
Ведь он пройдет, пока не поздно, иди, не будь глупцом
В тот сон, что жизнею зовется!

Ты так похожа на Весну-
сияешь красотой своею,
и я к одной тебе иду,
и разлюбить тебя не смею.
Ты так похожа на звезду-
что в небе ласково так светит,
и я одну тебя люблю,
сильнее всех на белом свете.
Ты так похожа на рассвет-
который утром согревает,
желанней в мире "тебя нет",
желанней в мире "я не знаю".
Ты словно ангел неземной-
от бед меня оберегаешь,
ты мне подарена судьбой,
родная!Ты об этом знаешь.
И ты на век моя мечта-
которую я ждал,как чудо,
и ни за что и никогда,
такой как ты, уже не будет.

14.02.17

Пусть дуют ветра на земле,
и льют проливные дожди,
хочу я к одной лишь тебе,
купаться,как в море любви.
Пускай снегопад за окном,
иль вьюги бушуют назло,
хочу,чтоб мы были вдвоём,
дарили друг другу тепло.
И звёзды тускнеют в дали,
и солнце не греет пускай,
хочу я купаться в любви,
попасть в твой пылающий(любовью)рай.
И сердце открыто моё,
войди в него нежно,любя,
хочу,чтоб мне стало легко,
когда вместе ты лишь и я.

24.03.17

Ты мне понравилась такой-
красивой,ласковой,изящной,
и я хотел бы быть с тобой,
и в зной,и в холод,и в ненастье.
Я так хочу любить тебя,
дарить цветы и звёзды с неба,
и говорить тебе слова-
слова любви,души и тела.
Ты мне понравилась такой-
принцессой,королевой бала,
я не хочу любви иной,
хочу,чтоб ты моею стала.
В моей душе теперь рассвет,
в моей душе Весна сияет,
и если ты ответишь:"нет",
со мной что будет?Я не знаю!...
Ты мне понравилась такой-
родной,любимой и желанной,
чтоб ни случилось,ангел мой,
с тобой хочу быть постоянно.

2010г.

Думал я, что иду по дороге,
Мне казалось, что к Богу иду,
Что несут меня медленно ноги,
Мне казалось в безумном бреду,

Что иду я бреду одиноко,
Что ушёл я из дома давно,
Заблудился и где-то далёко
Лучик света, вокруг же темно.

Думал я, что совсем заблудился,
Что иду я на ощупь во тьме,
Что от душ от других отделился
И остался там где-то, во вне.

Но глаза приоткрыв, я увидел,
Что в божественном свете стою
И вселенская Бога обитель
Не отринула душу мою.

Всё обесточено досрочно.
И как нам быть, и как нам жить,
Когда всё полыхает ночью,
А день никак не вскипятить?

- Что ты, Настенька сказала?
Ну, малышка, повтори!
Как меня сейчас назвала?..
Да потише, не ори!

- Дима, ты как принц из сказки.
Можно мне с тобой дружить?
У меня есть кисть и краски,
А ещё умею шить.
А давай сыграем в прятки –
Спрячем в комнате брелок.
Есть и приз в кармашке сладкий…
Только не под потолок

- Нет, я в прятки не играю.
Хочешь видик посмотреть?
Где-то тут, я точно знаю,
На кассете мультик есть

- Да, давай, включай кассету…
Так мы как, с тобой друзья?
- «Ну конечно. На конфету
И скажи мне, не тая:
Если я как принц из сказки,
Расскажи мне из какой…
Что так вылупила глазки?
- Про Дюймовочку - «Ой-ой!..
Знаю я, что возраст женский –
Это их большой секрет…
- Фу, какой вопросик дерзкий!
Мне уже почти семь лет.
Осенью пойду я в школу.
Буду что-то там учить
- Одноклассников футболу
- Нет. Учительницу шить.
А в каком, ты, Дима, классе?
В школу осенью пойдёшь?
- Я её семь лет, как кончил
-Некрасиво! Ты, мне врёшь:
Говоришь, что кончил школу,
А я видела – стоит
Трёхэтажная, большая
И здоровая на вид.
Я с лгунами не общаюсь…
Ладно, Дима, я пойду
С кошкой Мусей поиграюсь.
Ты со мной? - Сейчас иду…

Нам не пишут письма на бумаге -
Таинство исчезло этих строк.
Всё, что есть -
твой месседж в вечном сламе -
Мейл чужой принять так и не смог...

Оставь меня, таким не помогают,
Меня сегодня вряд ли что спасет.
Все рядом из меня любовь черпают,
А муть в остатке кто-нибудь возьмет?

Конечно, нет.

Оставь меня, не велика потеря -
Никто не помнит, как меня зовут.
Забудут, переступят не робея,
А все упоминания порвут.

Оставь меня, я вижу - тяжело.
Балластом я легла на твои плечи,
А за одно тебя тяну с собой на дно,
Мы обе видим - я тебя калечу.

Поверь, мне далеко не все равно.

Оставь меня, - скажу тебе я, плача.
Ведь впереди тебя ждет трудный бой.
Но все равно скажу, - Какая же удача,
Что мы когда-то встретились с тобой!

Критик

Величиной с грудную клетку боль.
Трещит пиджак. Мне хочется раздеться.
А рядом кто-то мямлит про любовь
И вдохновенье, что терзают сердце.

Восторженный рифмовщик, ты дурак.
При всех стихи не делают, ты слышишь,
И их вообще не делают, они же…
Они же сами
Я не знаю, как...

Он продолжает: « Мучаюсь. Пишу.
Поэт ли я, прошу тебя всем сердцем
Ответь!»

Зовись, кем хочешь, но прошу
Уйди скорей, мне хочется раздеться!

Но я киваю головой пустой:
« Конечно, да, коль музы вместо женщин».

Величиной с грудную клетку боль.
Нет, кажется, уже гораздо меньше.

Бредёт бухарик одиноко.
Туман в сознании голубой.
Его мышление убого –
Не дружит тело с головой.

Сбылось желанье идиота –
В крови бушует алкоголь.
На сапогах засохла рвота.
От личности остался ноль.

И он идёт – бредёт шатаясь.
Не знает сам: куда, зачем,
То падая, то поднимаясь.
Он кем-то был, а стал ничем.