Шаг за шагом к тебе приближаюсь.
День за днём встречаю рассвет.
С прошлой жизнью тихонько прощаюсь,
Мотыльком лечу на твой свет!

Беспокойство своё не скрываю –
Как посмотришь, заговоришь?
Подойдёшь, поцелуешь – оттаю,
На вокзале у старых афиш.

Тёмной ночью тебя я согрею!
Светлым днём, радость дарю!
Лишь тобой, моё счастье, болею!
Лишь тебя, мой ангел, люблю!

Январь 2015.

Серенький мышонок был действительно серым. У него был маленький, чёрненький носик и хвостик. А ещё он жил в подземном городке, под холмом, на окраине леса, в уютной норке, вместе со старшими братьями и сёстрами.
По отношению к ним, он был очень странным мышонком. Он очень любил воду и всё, что с ней связано. Когда всё население маленького, подземного городка совершало набег на соседнее поле за зёрнами пшеницы, в целях заготовки припасов на холодную зиму, наш маленький друг, мог часами купаться в придорожной луже, играя в пятнашки с головастиками. Или смотреть с крутого бережка, на волны лесной речки, считать листья или шишки, плывущие по ней. Или просто мечтать.
За это ему постоянно доставалось от отца, Старой Серой Мыши, который запирал его в тёмном чулане. Или ставил в чёрный угол.
Братья и сёстры смеялись над ним, за глаза называли мечтателем и фантазёром.
И лишь мама маленького, серого мышонка, Пожилая Седая Мышь, жалела его и приносила кусочек голландского сыра. Она понимала его, так как в родстве по дедушкиной линии, какая-то прабабушка была из рода речных водоплавающих мышек. Может в седьмом поколении природа сыграла злую шутку над малышом, передав ему водяные гены, какой-то дальней родственницы.

Однажды во время осеннего сбора лесных орешков и желудей, Серенький, а именно так звали нашего героя, отстал от своих сородичей. Он прополз мимо коряг, поваленной молнией сосны, прячась за высокую траву, устремился на бережок чистой речки, на своё излюбленное место, возле плакучей ивы.
Едва он перевёл дух и уселся в позе мыслителя, как увидел маленький плот, медленно плывущий вниз по течению.
На маленьком плоту сидел маленький ёжик и улыбался. Плотик зацепился за ветку ивы, которая склонилась над водой, и пристал к берегу.

---- ----------------------------------------------------------------------------
---------------------------------------------------------------------------------------
-------------------------------------------------------------------------------------------

Белый лист бумаги тосковал по слову.
Много было слов - не было тепла.
Рвали этот лист и писали снова.
Тротуар души подмела метла.

И,казалось мне:вечность на исходе,
И,казалось мне:замерли часы.
Только где-то там - старость с палкой бродит,
Только где-то там - движутся весы.

Не пугает старость.Путнику дорога,
Как отмерил Бог - по ухабам лет...
И судить не мне - мало или много
На его пути радости ли,бед.

Белый лист тетрадный - участи дождался.
Долго он лежал на пустом столе.
Вот исписан он,сам в архив отдался.
Ты его храни.Через много лет,
Может быть,достанешь из стола листок -
Сделаешь кораблик,пустишь на восток.

Марине Цветаевой.

Марина!Обращаюсь к Вам!
Слова любви не сказаны ещё.
И - никому не читанным стихам -
Я потерял мелодию и счёт.

Слова любви - они всего слова!..
Но сердце бьётся чётче и сильнее;
В глазах темнеет,ноет голова, -
Когда иду кладбищенской аллеей.

Букет цветов.Гвоздики на снегу...
Тут - тишина мучительно пугает;
И от себя опять я к Вам бегу,
И - натянулась тетива тугая:

Стрелок был - ас...И целил прямо в грудь.
Смертельно ранен временем и бытом -
Остался у разбитого корыта...
Конец был близок.Чаша не испита.
И умирать так не хотелось...- жуть!

Но,может быть,в каких-нибудь веках,
На том ли свете,может быть - на этом,-
Не унесёт забвения река...
Не упаду в стремительную Лету...
И с Вами встречусь,Дух Ваш - далеко.
Кто служит людям - Господу послужит.
К Нему добраться будет нелегко.
Вы - рядом с Ним!А мне?Мне - воздух нужен!
Мне быть ребёнком!С дерзким озорством
Оттачивать свой слог и мастерство.
Достичь вершин,которых не достиг,
И - пасть на землю камнем в тот же миг!

Таня, Танечка, свет мой в окошке,
Я стремлюсь к тебе! Поверь!
Звёзды меркнут на луной дорожке,
От улыбки прекрасной твоей!

Дни листает задумчивый ветер.
Время вдаль утекает рекой.
Я рисую тебя на рассвете,
В белом платье, весной,
Под Москвой.

Акварелью из строк, рифмой красок,
Где слова лишь наброски на холст,
Как царевну из Пушкинских сказок,
Я тебя рисую всерьёз!

Образ твой, над Окой, светл и ясен!
Нежность губ, как сладость вина!
Словно лик Магдалины прекрасен!
Я тобою пленён навсегда!

Январь 2015.

Как-то раз один мужик
В лес подался, напрямик.
Дров решил он запасти,
От зимы себя спасти.
Одолел мужик вопрос,
Нарубил дровишек воз,
Можно было отдохнуть
И до дому ладить путь.
Сел с трудом он на пенёк,
Вынул терпкий табачок,
Самокруточку скрутил,
Дым колечками пустил.
Той минуты не прошло,
Гостя ветром поднесло.
Мужичок глаза поднял,
Чуть с пенёчка не упал;
Перед ним медведь стоит,
Весь презрением кипит.
Вдруг в атаку зверь попёр,
Огласил он словом бор:
- Хватит уж тебе сидеть,
Как девице благоветь,
Коль глотаешь этот дым,
Раб, видать, ты перед ним?!
Ну-к, давай со мной борись,
Физкультурою займись,
Иль слабо тебе, мужик,
Показать свой истый лик?!
Да мужик был не из тех,
Чтоб поднять себя на смех,
Дерзкой мысль его была,
В мысли той не нёс он зла:
"Ох, здоровый ты медведь,
Но с тобой мне не потеть!
Что ж, посмотрим, кто кого,
Проучу-ка я его"!
Тут с пенёчка он встаёт
И ему ответ даёт:
- Хоть ты, Миша, и большой,
Предо мной стоишь горой,
Но сомнение во мне,
Где та силушка в тебе?
А язык, он без костей,
Молоти им, не робей!
Косолапый удивлён,
Вмиг вопрос поставил он:
- Как же мне её казать,
Подсоби, тебя понять?
Приподнял мужик топор,
Зоркий взгляд в пенёк упёр
И вогнал свой инструмент
В тот пенёк в один момент.
Сверху пень он расколол,
Клином щель на нём развёл,
Вновь на Мишу бросил взгляд,
Пояснить ему был рад:
- Дело, коль со мной иметь,
Нужно очень попотеть!
Лапы, Миша, в щель засунь,
Раздери пенёк и сплюнь!
В твоей силе убедюсь,
Я с тобою поборюсь!
Мишке мысль была чужда,
Мысль в разлуке с ним всегда.
Лапы в щель он запустил,
На разрыв пенёк схватил.
Мужичок и был таков,
Дело делать стал без слов.
Клин он вышиб обушком,
Не жалел ничуть, притом.
Пень захлопнул тут же щель,
Зарычал мохнатый зверь;
Крепко держит лапы пень,
В чёрный цвет окрашен день!
Понял Мишка, что к чему,
Стыдно стало вдруг ему,
Начал он плаксиво ныть,
Мужика взахлёб просить:
- Помоги же мне, мужик,
Аль ты добрым быть отвык?!
Нет уж, право, моих сил,
Чтоб я боль сию сносил!
Мужичок не бил в набат,
Уколоть медведя рад:
- Что ж бороться мне с тобой,
Коль ты хиленький такой?!
Сил в тебе-то, вовсе нет,
Мало ешь, видать, в обед?
Как взмолился тут медведь:
- Пошутил, мужик, я ведь!
Ты ж воспринял всё всерьёз,
Выдал мне по полной спрос!
Будь же добр, милок, спаси,
Разговором не грузи!
Пожалел его мужик,
Милосердием проник.
Он топорик в руку взял,
Острый клин с земли поднял,
Клин наставил на пенёк,
В щель вогнал его в разок,
И с медведя боль, как ком,
Наземь пала, кувырком!
В лес он бросился бежать,
Мужика вовсю ругать.
Вслед ему мужик смотрел,
Посмеяться всласть успел;
Поделом-то, шутнику,
В пользу лишь урок ему!
Сел опять он на пенёк,
Вынул терпкий табачок,
Самокруточку скрутил,
Дым колечками пустил;
Отдых вышел в самый раз,
Есть во времени запас.
А медведь с тех самых пор,
Шутки запер на запор,
Ходит он тропой своей,
Стороною от людей,
Осторожно косит взгляд,
Словом сорит, без преград:
- Это ж, надоть, так попасть,
Мордой, с ходу, прямо в грязь!
Начеку мне нужно быть,
К людям тем не подходить!
так шутник наш и живёт,
Сладкий мёд в лесу жуёт.
В зиму, правда, крепко спит,
Странно только, что ворчит.
Конец

Серебрится речка,
Дремлет старый пень,
Зорька яркой свечкой
Зажигает день.
Вдалеке берёзы
Стайками стоят,
Росы, словно слёзы,
Янтарём горят.
Прямо надо мною
Голубая шаль,
А за той верстою,
Снова будет даль.
Там, за косогором,
Мой цветочный рай,
Встретимся мы скоро,
Ты меня встречай,
А пока немножко
Орошу уста,
И опять в дорожку,
За верстой верста.

“Per aspera ad astra“

Мне кажется, что где - то за углом
Меня ждёт нож, отточенный до блеска.
Но я иду привычно - напролом! -
Такая незатейливая пьеска!

Не обхожу я стороной углы -
Не научился этому искусству, -
Я доверяю собственному чувству
И правилам космической игры.

Жизнь коротка для острых на язык -
Их ждут всегда “подарки“ и “сюрпризы“,
Но кто к подобным выходкам привык, -
Тому открыты пропускные визы

В заоблачный, потусторонний мир,
И, не боясь держать ответ за слово, -
Уходят рано из своих квартир... -
Их жизнь - тому печальный повод.

Они бредут, как странники в ночи, -
Свеча в руке, мерцанье звёзд далёких, -
Теряют от квартир своих ключи -
Навек! - всегда холодных и убогих.

А звёзды смотрят - будто бы глаза,
Глядящие на всех живых с вопросом.
И нет пути у странников назад, -
Лишь через тернии - к далёким звёздам!..

РАДОСТЬ

Где то радость моя затерялась,
В лабиринте солнечных дней.
Лишь улыбка на память осталась,
От любви ненаглядной моей.

С тёплым ветром вдаль унеслася.
Светлым утром исчезла с росой.
Где то радость бродит по свету,
Где я раньше бегал босой.

Дни летят облаками по небу,
Уплывая в неведомый край.
Там где радость солнцем согрета.
Там где мы не знали печаль.

Где под радугой бегали вместе,
По высокой траве летним днём.
Там где радость смеётся как в детстве.
Там где сказка всегда перед сном.

Декабрь 2013

Губы твои целую –
Нежно, нежно, любя!
Словно Мадонну рисую,
На белом листе холста.

В карих глазах любимой,
Как в омуте, утону…
Под Рязанью рябиной,
Ты ждешь, когда я приду…

Плечи твои обнимаю…
Глажу локна волос…
Лишь для тебя родная,
Принёс я букет из роз!

Шарфик нежно накину…
Ты прикроешь глаза…
В Подмосковье рябину
Я полюбил навсегда!

Декабрь 2014

Когда лежал я на камнях –
Измученный, избитый,
Ты крылья мне дала,
Чтоб я поднялся в небеса
Свободной, гордой птицей!

Когда я умирал в тоске,
Сражаясь с тенью в темноте –
Любовь ты подарила мне!
Свила гнездо в моей душе,
Оттаявшей синицей!

Я строил замки из песка,
Но их разрушила волна.
Ты ключик бережно взяла –
Открыла сердце для меня,
Поцеловав ресницы…..

Тебя я об одном прошу –
Не покидай меня! Молю!
Иначе снова – пустота…
Без телефонного звонка…
И шёпота – Люблю…
Божественной царицы.

Ноябрь 2014

В.Хлебникову

И мерцанье свечи у стены,
И молитвы - до самого неба,
И стаканчик холодной воды,
И кусочек остывшего хлеба,
И томительный полдень, как сон,
И душа отлетевшая с ветром,
И ночные звонки голосов,
И, как будто, последние метры -
Остаются. Дойти бы! И мне -
Ничего в этой жизни не надо.
Только б бредить в мучительном сне,
Бормоча непонятно и сжато -
Позабытые всуе слова...

Электронный мозг.

Вычислить путь свой верно,
Без путеводных звёзд,
Помогут стальные нервы,
И электронный мозг.

В этом жестоком мире,
Где не всё доступно глазу,
Распутать зигзаги линий
Не сможет обычный разум.

Достигнет своей вершины,
И станет грозою звёзд
Лишь человек-машина,
Не льющий напрасных слёз.

Тому, кто хочет быть первым,
Пройдя среди бурь и гроз,
Нужны стальные нервы
И электронный мозг.

Автор: Савинов Владимир Егорович

В.Маяковскому.

Ветер с петлёю на горле,
С криком:“Постойте!“-
Блудной вороной оглохнет
На повороте.

Брызгами листья отскочат,
Сухие руки деревьев
Вдруг затрещат,застрекочут-
Раздетого леса свирели.

Медленно всё утихает...
Кружит последний лист.
Дрожит берёза нагая
Под дикий осенний свист.

Кустарник трясёт скелетом,
Шатается ветер пьяный,-
Свои сочиняет куплеты
Дождливое“фортепьяно“!

Свинцовое небо давит
Электрической“кистью“по клавишам,
И долго слезой буравит -
Обтёсанный гладко - камешек.

И снова кривляться будет
Ворона,на небо каркая,
И ветер опять разбудит,
Листвою в ушах пошаркивая.

Синева изорвалась в клочья -
Вся провисла и тихо дышит.
Дождь опять постучится ночью -
По асфальту,стеклу и крыше...

Мне кажется я болен
Не мыслимо тобою
Но время боя с самим собою
Боюсь твоих я уст и не достоин
Боюсь , что до безумия влюблюсь
Не знаю почему , но я боюсь
От этого сложней идти через чреду событий этих дней
Столкнувшись , ты становишься сильней
Буду бороться за свой успех
Я не святой за мной есть грех
Твои глаза , твои уста , твой нежный смех
И в пьяном бреде
Кричу ты моя леди
И где бы я бы не был
Бросаю жребий
Бросаю вредные привычки
Блатных друзей , крутые клички
И жду успешного финала
Хочу чтоб ты об этом просто знала .

А тем временем лиса
Приоткрыла уж глаза,
Потянулась и присела,
Принялась опять за дело;
Рыбку стала жадно есть,
Полнить хрустом спящий лес.
Тут же волк к ней подкатил,
Глазки скромно опустил,
Попрошайничать посмел,
Действом сим, не тяготел:
- Ты бы, кумушка-сестричка,
Распрекрасная лисичка,
Угостила б меня рыбкой,
Ох и голоден я шибко!
Кверху он глаза поднял,
Взгляд его лису ласкал.
А лиса ему в ответ:
- Для тебя, волк, рыбки нет!
Ты меня хоть захвали,
Будешь плавать на мели;
лучше сделай резво крюк
И свали отсель, мой друг!
Волк головушкой качнул,
Волчью песню затянул;
На него лиса глядит,
Вся презрением кипит:
"Вот избавлюсь от тебя,
Перепрячу рыбку я"!
И она, в глазах с искрой,
Запылала добротой:
- Ладно, волк, чего уж там,
Свой секрет тебе отдам!
Рыбку сможешь сам ловить,
Станешь скоро сытно жить! -
Волк тут уши навострил,
Глазки дико округлил,
А лиса себе, знай, врёт,
Даже глазом не моргнёт. -
У деревни речка есть,
Рыбы в ней уже не счесть!
Прорубь в речке, с колесо,
Сделай дело, волк, одно;
Опусти в ту прорубь хвост
И улов твой, не вопрос,
Но до зорьки не вставай,
Больше рыбки запасай,
И живи, не знай забот,
Наедай себе живот!
Волк от радости вскочил,
Когти в наледь запустил:
- Ой, спасибочки, кума,
Голод свёл меня с ума!
Ночки пусть я не посплю,
Много рыбки наловлю!
Побегу, лиса, скорей,
Я до проруби своей!
Он глазёнками сверкнул,
Рысью к реченьке рванул,
А лисе не в тягость бред,
Говорит ему во след:
- До чего же глупый волк,
В голове его рассол!
Только волку мыслить грех,
Он настроен на успех;
Тот секрет теперь раскрыть,
С сытым брюхом зиму жить.
Скоро волк на речке был,
Хвост он в прорубь опустил,
Пред собою стал глядеть,
Дробно зубками греметь,
А морозец тот крепчал,
К ночи прорубь льдом сковал.
Волк решился было встать,
Да не может зад поднять;
Держит хвост надёжно лёд,
Встать он волку не даёт.
Волк от радости сомлел,
Думкой спешной богател:
"Видно, рыбы там нарост,
От него тяжёл мой хвост!
Только я уж досижу,
Больше рыбки наужу"!
Тут и ночке вышел срок,
Зорька встала на снежок.
Волк настойчиво сидит,
Взглядом огненным искрит,
Да надежды видит след,
С рыбкой будет он в обед,
И сожрёт её в присест,
Вновь придёт на свой насест!
Вдруг в тиши раздался смех,
Приподнял волк морду вверх,
На деревню бросил взгляд,
Жизни был совсем не рад;
Бабы к проруби идут,
Языки беседой трут,
Вёдра в рученьках с бельём,
Кое-кто из них с кайлом!
Ощутил он дикий страх,
Горечь слов понёс в размах:
- Нужно лапы понимать
И отсель, как конь бежать!
В драку глупо просто лезть,
Нечем рыбку будет есть!
Изогнулся волк дугой,
Хвост рванул разок, другой;
Не поднять ему тот хвост,
Волк умишком в прорубь врос,
Понимал, что дело дрянь,
Разносил тихонько брань.
Бабы тут давай кричать,
Гром и молнии метать,
Всеми вёдрами греметь,
На глазах его звереть.
Прибежали мужики,
Били волка, чем могли!
он от боли занемог,
Силы все собрал в клубок,
Взор на прорубь обернул,
Без хвоста в лесок рванул
И, пока от них бежал,
Языком народ чесал,
И лису словечком грел,
Слов отборных не жалел!
До сих пор не понял волк,
Был ли в той рыбалке толк?!
И теперь пред ним вопрос,
Где ему искать свой хвост?
Может так случится, вдруг,
Ты тот хвост отыщешь, друг?
Волк безмерно будет рад,
Волчья жизнь пойдёт на лад,
Ведь смеются неспроста,
Волку стыдно без хвоста!

Конец

Дед поехал на базар,
Кой-какой купил товар,
Рыбки свеженькой припас,
В сани он сложил запас
И, довольный сам собой,
Вновь отправился домой.
Через лес он держит путь,
Не спешит домой ничуть;
Небо, знай себе, коптит,
Самокруткою дымит,
И лошадке нет забот;
Еле-Еле сани прёт.
Тут, откуда не возьмись,
Из кустов лиса явись;
Носом чутко повела,
На дорогу прилегла,
Очи ясные прикрыла,
Про дыханье позабыла.
Дед увидел в тот же миг,
Рыжей шубки яркий блик.
Он лошадку придержал,
До лисы в огляд бежал,
С ходу пнул её ногой,
Повернул на бок другой.
Да лиса не кажет хворь,
Терпеливо сносит боль!
Дед прошамкал: - Ну, дела,
Богу душу отдала!
Дармовой нашёл ломоть,
Повезло под старость хоть!
Славны выйдут рукавицы,
С этой рыжей-то, лисицы,
Но коль выйдет воротник,
Прячь, старуха, в ларь язык;
Укрощай свой буйный нрав,
Ни к чему мне твой устав,
Ведь такой подарок клад,
В дом войдут покой и лад!
Весь в работе на износ,
До саней лису он нёс,
Рядом с рыбой положил,
Мешковиною прикрыл.
В темноте лежит лиса,
Щурит хитрые глаза.
Дед спешит уже домой,
Лошадь гонит пред собой.
Ей, конечно, невдомёк,
Почему спешит дедок,
А лисичка, знай, лежит,
Нагоняет аппетит;
Рыбку нюхает она,
Вся истомою полна,
Подхватилась, правда, тут,
Довершить позорный труд;
Побросала рыбку в снег,
Из саней пошла в побег,
Собрала её без бед,
Здесь и время на обед;
Как наелась, улеглась,
Подремать решила всласть,
И пока лисичка спит,
Пулей дед домой летит.
Заезжает он на двор
И кричит на весь простор:
- Эй, жена, выходь к саням,
Радуй глаз подарком там
И прошу, пошевелись,
За дверьми не хоронись!
Бабка двери на распах,
На него кричит в сердцах:
- Языком молоть постой,
Всё-то ходишь по кривой!
У тебя он стоит грош,
Так и треплешь им, что хошь!
Улыбнулся хитро дед:
- Не в цене такой ответ!
Вон, поди к саням давай,
С них накидку скидавай!
Там умишком и раскинь,
Что к чему сама прикинь!
Спину я не зря сгибал,
Весь от боли изнывал!
Веры нет его словам,
Бабка двинулась к саням,
Мешковину подняла,
Раскалилась добела;
Кулаком ему грозит,
Дед в смущении стоит;
Рыбий хвост лежит под ней,
Худобой страшит своей!
Бабка гневом налилась,
Деда хаять принялась:
- Ты, я вижу, дед, шутник,
Оторвать тебе язык!
Приложился с утреца,
Нет преграды для словца?!
Потому-то так звонишь,
Шутки глупые творишь
И тобою знамый стыд,
Уж давным-давно забыт!
Дед на бабку не смотрел,
Жаром огненным горел:
"Накатила же напасть,
Перед жёнкой так упасть!
Впрямь, наверно, я дурак,
Как пацан попал впросак"!
Он поведал бабке сказ
И покаялся, не раз!
Бабка гнев погнала прочь:
- Что теперь слова толочь?!
Ты давай-ка, дед, уймись,
За добром тем не тянись,
Нам терять уж не впервой,
Бог с ней, рыбой и лисой!
И воспрянул духом дед,
Он готов обнять весь свет;
Начал лошадь распрягать,
Смехом дворик оглашать.

Солнце встало у ворот,
Чрез лесок лиса идёт.
В лапах лисоньки петух,
В радость ей куриный дух.
Подошёл к лисичке волк,
Разговор он с ней завёл:
- Вижу ты, лиса, цветёшь,
С петушком домой идёшь?!
Угости меня, не жмись,
Добрым делом запасись!
Села лисонька пред ним,
Голоском журчит своим:
- Обленился ты уж, друг,
Оглянись скорей вокруг!
Там, в деревне, домик есть,
Побывать в нём, волк, за честь,
А хозяин в нём - простак,
Раздаёт их просто так!
Так что, милый, поспеши,
Сделай дело для души!
Волку слов не нужно красть,
Он раскрыл мгновенно пасть:
- Видно, надобно, бежать,
Лапы в дело подключать;
Прозеваешь, разберут,
Пошустрей быть нужно тут!
Развернулся волк и в путь,
Стал он ход к деревне гнуть;
Домик ветхий отыскал,
В дверь ломиться с ходу стал:
- Эй, хозяин, открывай,
Петушка жирней мне дай,
Чтоб окрасом был пригож,
Чтоб он нравом был хорош!
Вышел тут же мужичок,
Слов он в ступе не толок:
- Коль ты, волк, явился сам,
Петушка тебе я дам!
Будешь ты, дружочек, сыт,
Петушок и свеж, и мыт!
Мужичок в сарай свернул,
Следом волк за ним рванул.
Мужичок схватил ухват,
Стал лупить им волчий зад.
Волк от боли ошалел,
Пулей к лесу он летел,
Скоро сел под старый куст,
Не смыкал дрожащих уст:
- Ну, даёт дрозда мужик,
В драке он и зол, и дик!
Угостил, что не унесть,
Зад болит до зуда весь!
А лиса уж тут как тут,
Глазки лисоньки снуют,
В лапах лисоньки утя
И она сияет вся:
- Вижу, волк, ты кем-то бит,
Вон, в глазах тоска стоит!
Перепутал, чую, дом,
Видно, бес ютится в нём?!
Волк обиды не держал,
Просто он лисе сказал:
- Да, лиса, не повезло,
Может, с тропочки снесло?
Да теперь не горевать,
Мне, лиса, не унывать,
А тебе опять везёт,
Запасёшь жирка на год!
А лиса заводит речь,
Словом волка ей не сечь:
- У деревни дворик, друг,
Никого совсем вокруг;
Во дворе утят, не счесть,
Покажи, каков ты есть!
Волк секунды не стоял,
Дворик к ночи отыскал
И с разбега, прыг во двор,
Лапы волк в момент простёр.
Пёс горой над ним завис,
Взгляд его струился вниз.
В страхе волк глядел на пса
И лежал он, чуть дыша.
Пёс в охотку в драку влез,
Не бросал пустых словес.
Волка бил он, как хотел,
Волк на шёрстку оскудел;
Как бежал, не помнил сам,
Похудел, на килограмм!
Скоро волк упал под куст,
Вдруг он слышит веток хруст.
Подошла к нему лиса,
В тех глазах её слеза:
- Потерял ты хватку, волк,
Сам себя совсем извёл,
Шёртска клочьями висит,
Неприглядный просто вид!
Ты давай-ка, подлечись,
К Мишке, милый, заявись.
У медведя есть медок,
Он в болезни мне помог,
И тебе поможет, друг,
Вмиг избавишься от мук!
Бочка с мёдом у двери,
Больше мёду ты бери!
Тяжело волчок вздохнул,
Путь он к Мишке повернул.
У двери он бочку зрит,
Взгляд его огнём горит.
В бочку волк засунул нос,
Лап волк над ней занёс,
Мёд он ими прихватил,
Вдруг медведь глаза открыл:
- Разрази меня гроза,
Это, что за чудеса?!
Сил медведь не пожалел,
Волка лапой он огрел,
Волк от боли сжался в ком,
В лес рванулся, напролом!
Под сосной он скоро лёг,
В речи волк совсем размок:
- Что поделать мне с собой,
Жить не хочется порой;
Нужно лисоньку спросить,
Как мне дальше нужно жить?
За сосной лиса стоит,
Лап своих не шевелит:
"Ах, какой наивный волк,
В думах весь себя извёл!
Что ж, продолжим завтра ход,
Пусть в крапиву он идёт;
Коль сошёл с него окрас,
Ей лечиться, в самый раз,
А сейчас пора мне в сон,
Никому не в тягость он;
Утро вечера мудрей,
Спи волчок, не хмурь бровей"!

Конец

Ангел-Хранитель мой,что за спиною,
прошу одного у тебя,будь со мною,
всегда береги мою грешную душу,
и я обещаю тебе что послушен,
я стану, лишь только храни,не бросай...
ведь ты создавал мне мой маленький рай,
который я видел,но не замечал,
в котором огни заменяла свеча,
просторы полей и безмолвье равнин,
а я себя вел будто сам господин...
еще раз взываю молитвой к тебе,
надеюсь услышишь меня в тишине,
ведь лишь в тишине снова вижу твой лик,
и знаешь ты что тишина-это крик...

Мы носим маски день за днем,
то для друзей,то для чужих,
и все считают что на нем,
всегда его исходный лик.

То маска радости,то грусти,
а то и вовсе ни о чем,
играют люди так искусно,
и сами верят что на нем,
не маска, а живые чувства,
которые таятся в нем.

Мы видим лишь то отраженье,
которое хотим любить,
а иногда порой мечтаем,
хоть раз самим собою быть...

Мне кажется что иногда я вижу,
порой один и тот же сон,
и просыпаться так неловко,
ведь явью кажется мне он.

Мне снятся горы и равнины,
мне снятся реки и моря,
слегка цветущие долины,
и вечно яркие поля.

Как небо радугой играет,
переливает все цвета,
и облака свой вид меняют,
и солнце греет без тепла.

Но стоит мне рукой коснуться,
как тает медленно сквозь звон,
и тут приходится проснуться...
ах да,это всего лишь сон.......

Прошлое порой тревожит душу,
и воспоминания как яд,
но без них что наша жизнь?игрушка?
или же какой-нибудь пустяк...

Мы порой мечтаем "дайте ластик,
научите правильно держать,
чтобы это все стереть без фальши,
не поранить памяти печать"..

Но порой такая мысль проходит,
память возвращает нас туда,
где мы были молоды,и жили,
как порой вернуться хочется туда..

Нет, возьмите ластик в руки,
поломайте раз и навсегда,
даже не приятные минуты,
в будущем помогут нам всегда.

-Когда?
-Не знаю..
-С кем?
-Решай..
-Увижу?
-Врятли..
-Не мешай!

-Судьба?
-Быть может.
-.Страх?
-Как знать..
-А может чувства?
-Сердце гложет..
-Не надоело мне мешать??

-Я чувствую!
-Да бог с тобой..
-Нет я серьезно!!
-Боже мой..
-Уж извини что обвиняю
-Да ладно,мне не привыкать..
-Ведь ты мой голос,понимаю
-А стоило тебя послать...

Из года в год,из века в век,
меняет мир сам человек
порой присмотришься-красиво,
потом прозреешь-боже мой,
и как на то хватило силы?
чтоб сотворить позор такой.

Не понимаем,не хотим
всегда и все мы отрицаем,
мы губим землю как хотим,
потом кого-то обвиняем...
Уж так устроен человек,
уж так постигнуто сознанье,
уж как творить,так спору нет,
а как исправить,так "звиняйте")))