Россия необьятная
Свободная раздольная,
Порою непонятная
Но всё таки ты вольная.
В веках твоя история
В ней кровь и боль,в ней мужество,
Там вражеская конница
Мечём твоим порушена.
Луга твои и ширь полей
Потом людским запаханы,
Пухом июньских тополей
Погосты все оплаканы.
Цвет яблонь и черёмухи
Играет перламутрами,
Души под этим цветенем
Полнятся силой дюжинной.
Россия непокорная
В боях в труде проверена,
Ты матерь сердобольная
Ты Родина священная.

Как вы глумились надо мною
Ехидничали за спиной,
Я неказистыми стихами
Вас обличу,вы есть дерьмо.
Вы надорвётесь,это будет
Знайте густа в белёсом кровь,
Больнее мне уже не будет
От ваших лживых языков.
Встречаться с вами,- в себя плюнуть,
Хотя раз удостою вас,
Чтобы своей колючей фразой
Обжечь ваш слух и подлый глаз.
Ступайте с Богом мы чужие
Я не держу зла не кляну,
Забыли знать кто вы,чем были
Не ждите Рай,встреча в Аду.

Чёрным вороном колготки
Ножку женскую прикрыли
Будто брагой опоили
Вновь во мне блуд разбудили.
Этого тебе не нужно
Отгулял ты отбродяжил,
Бурных лет младое утро
Сединой в висках куражит.
Ты запри саблазн и похоть
Под замок амбарный жёстко
Что б вчерашних дней порочность
Не стегала хлёстко плёткой.
И как в Пушкинском завете
Об оставленом бокале,
Будешь ты блажен и весел
Как франт Чацкий в бальной зале...

В далёкой Одессе украины ридной
Где пламенем свечи каштаны горят,
Когда то блондинисто-рыжей сестрица
С любовью семейный очаг развела.
Уж двадцать годин пролетело стрелою
С момента когда я её обнимал,
По братски конечно без мысли порочной
Сегодня ужастно по ней заскучал.
Да, жизни года пролетели мгновенно
Сестра уже бабушка,- внуков полна,
Коль Бог мне позволит то я непременно
С любовью ей в ноги склонюсь без стыда.
Одной мы с ней крови и волос цвет солнца
Пускай кровь загусла, в бровях седина,
Когда нибудь в светлое доброе утро
Мой слух обласкают сестрицы уста.

Да,пути наркоты роковые
Развели нас и вновь свели,
Не подружка ты мне настальгия
Без тебя Воткинск зрю,- не бурли.
С болью грусти меня он встречает
Но она непременно пройдёт
Это лишь отголосок страданья
Оно там... за спиной, пусть умрёт.
Славный Воткинск как мил ты и нежен
Чудный град тебя неописать,
Пруд твой словно брильянт на манеже
Рябью серебра ластит мой взгляд.
Жуть как я по тебе стоскавался
По берёзкам что в "Лиговке" тьма,
Димка друг что сейчас на погосте
Так Берёзовку славил любя.
Их не мало в тот край отлетело
Добрых милых безвинных младых,
Моя память к ним неочерствела,
Помню всех я,никто не забыт.
И сегодня скажу без утайки
Не кому то скажу,сам себе,
Честь отдав святости хлебной пайки
Я скучал край родной по тебе.
Тишина моё горло здавила
Я без лести лукавой скажу:
Как бы жестко судьба не глумила
Я без зла к людям в Воткинск вхожу.

О Господи услышь меня
Я вечно буду чтить тебя,
Но жить я буду для себя
Коль Ты поможешь,- без греха.
И эта помощь от тебя
Не в том, чтобы весьти меня
Ты только дай возможность мне
Пройти ровней в остатке дней.
Ты не пастух,я не овца
Чтобы под кнут весьти меня,
Я сам желаю в даль идти
Без блуда похоти и лжи.
Я мантию Судьи надел
Чтоб не попасть соблазнам в плен
И по остатку своему
Идти лишь к Твоему венцу.
Я по возможностям своим
Не буду зол и не людим,
Я веровать стал в свежесть дня
О Господи услышь меня!?!

Четыре тополя понуро
Стоят у клуба под окном,
А в двадцати шагах ликуя
Один и мощь искрится в нём.
Силён отважен,точно воин
Таких измором не возьмёшь,
В себе уверен и спокоен
В нём дух присутствует,огонь.
В природе фальши не бывает
Он словно одинокий волк
Не ждёт поддержки как бывает
В большом колхозе,-стоек он.
Не лентняя гроза,не зимний холод
Его не сломят,он поможет сам себе,
Поэтому и выглядит как молот
Ему любая непогода по душе.
Вот так и в жизни, будь всегда готовым
Настанет день и прохрипят часы,-один,
Но коль в себе уверен ход нацелен
То рано по тебе справлять помин.

Какая ты была...
Вишнёвая заря
С тобою не сравнима
На тот момент была.
Как ландыш ты цвела
Стройна свежа бела,
Рядом с тобой роса
Была бледна пуста.
Глубинные глаза
Там неотыщешь дна,
Коль в них нырял король
Выныривал раб твой.
Лилейный тонкий стан
Как дерзкий атаман
Покой не знал не в чём
Взбуранивал бичём.
Да,юность утекла
И молодость прошла,
Но вся твоя краса
До сей поры свежа.
(...путь сын сам выбирай,у ног твоей матери находится РАЙ.)

На улице дождик и слякоть
Вновь грусть посетила меня
Так тошно,что хочется плакать
Но нет во мне слез,-высох я.
А если прибить лицимерье
Лукавство и ложь под пол слить
В слезе не найдешь избавленья
Ты просто не смей с ней дружить.
Слезой ничего не изменишь
В ней лишь упражненье для глаз,
Слезой даже грусть не измеришь
В каких она бродит кругах.....

Христос воскрес! Во истину воскресе!
Сегодня каждый эту фразу произнес,
И в Светлое Христво Воскресение
Не вспоминай и не суди своих врагов.
Пусть никогда в тропе твоей не будет
Зла,лицимерия,порочной суеты,
А тот кто в прошлом дне тебя обидел
Поймет что был не прав,его прости.
И обретет душа покой а сердце радость
И Мендельсоновский напев заполнит грудь,
И в дне грядущем обойдешь ты гадость
Котороя заполонила путь.....

С праздником вас ВДВ
Неба синь на голове
Даже на плечах синь неба
И на сердце нету бреда.
Дядя Вася что Маргелов
Пропитал вас братством смело,
Чтоб под купалом небес
Свой достойно несли крест.
Стойкие Вы молодцы
Дерзости к врагу полны,
Страха нет у Вас в душе
Доблестное ВДВ.

Май сорок пятого с прошлого века
Как ты сегодня далек,
Но в сердце русской Земли человека
До сей поры ты живешь.
Твой отголосок девятого мая
Залпом орудий гремит
И по Стране вновь звучит канонада
В память о павших скорбит.
Пусть эта скорбь под салютом Победы
Глаз наполняет слезой,
С ней в унисон оживают заветы
Съеденых страшной войной.
Нет,не сотрут эту память столетья,
Как той Державы оплот
В гребле за власть раскатали на звенья
Словно бревенчатый плот...

С нежностью Весна скандалит
Солнышком пленяет взгляд
И восьмое марта славит
Женщин,бабушек,девчат.
Милые очарованья
С легкой поступью стопы
Вы прелестней зорьки ранней
Величавы и стройны.
Акварелью не раскрасить
И пером не описать
Любой возраст Вас украсит
Вы как яблоневый сад.
Плечики свои расправьте
И под мартовский окрас
Мило томно улыбайтесь
В этот день весь мир для ВАС!

Воскресенье прощенное,вечер февральский,
На небе нет звезд и не видно луны,
Но там за небесною дымкой тумана
Бдит Око и нам от него не уйти.
От этого Ока никто не сумеет
Укрыться фальшивой накидкой добра,
Поэтому Вы не спеша торопитесь
Уйти от порока,соблазнов и зла.
И может быть там... за небесною далью
Нам будет позволено с легкой руки
Не в огненный ад заползти мерзкой тварью
А в солнечный рай гордо с песней войти.

Двадцать третье февраля
Поздравляю все войска
Офицеров и солдат
Отслужившим тоже флаг.
Пусть в том стяге молот серп
То был правильный задел
Его цвет кровавых вод
С лихостью крушил врагов.
С днем защитника тебя
Русь Отечество Страна
Рубежей твоих врата
Враг невскроет никогда.

Год пятьнадцатый спустился
К нам с небес и удивился
Лицимерной суете
Что куражит на Земле.
И сказал он в слух проснись
Человек и отряхнись
От порока блуда страсти
Да Безбожного причастья.
И в душе растает лед
Добрым будет этот год
В нем не будет зла и кривды
Мендельсон взбуранит гимны.

Золотые колосья хлеба,
На губах моих горечь трав,
Опрокинуть бы серое небо,
В тишину молодых дубрав.
Я вращаю ногами землю
И, что вижу, о том пою,
И душою своей не приемлю,
Когда плугом идут по жнивью,
Когда воздух наполнен гарью,
Когда чавкает сонно гать,
Когда там, за безбрежной далью,
Не встречает сыночка мать,
Когда я обречён на муку,
Когда грусть забирает в плен,
Дай мне, ветер, благую руку,
Подними ты меня с колен.

Автор: Виктор Шамонин-Версенев

Волк в кустах малину ел,
От словес своих он млел:
- Ох, малинка, ах, вкусна,
Сладковата и нежна;
Кушай только, не ленись,
Чем плоха такая жизнь?!
Встала вдруг лиса пред ним,
Взгляд лисы невозмутим:
- С кем ты, волк тут говоришь,
Ни секунды не молчишь?!
Неужели сам с собой,
Ты, случайно, не больной?
Вид твой, миленький, не свеж,
И малинку, вижу, ешь!
Волк улыбку ей дарил,
Он лисичке говорил:
- Ох, не спрашивай лиса,
Носишь ты не зря глаза,
Но не болен я, поверь,
Я другой, не лютый зверь.
Волк я, как бы, не совсем,
Мяса я, лиса, не ем.
Для меня еда – грибки,
Вот малинка, корешки.
Добрый я не на показ,
Доброту творил не раз!
В смехе лисонька зашлась,
Не впервой ей речи прясть:
- Ну, ты, волк, совсем лопух,
Впрямь в тебе не волчий дух!
Коль ты ягодкою сыт,
Будешь, глупый, скоро бит!
Волка трудно сбить с пути:
- Ты, лиса, домой иди;
Окажи такую честь,
Не мешай, малину есть!
Да лисе кураж не грех,
Разнесла лисичка смех,
Развернулась, и бежать;
Ей ли в жизни унывать?!
Тут в кусты зайчонок, прыг,
Он застыл пред волком вмиг;
Не сомкнул от страха глаз,
Страх тот в зайчике увяз.
Волк зайчонка пожалел,
Словом он зайчонка грел:
- Ты, малыш, давай не плачь,
Я, поверь мне, не палач!
Волк, я как бы, не совсем,
Мяса, заяц, я не ем;
Для меня еда – грибки,
Вот малинка, корешки.
Скоро заяц дрожь унял,
Кверху он глаза поднял:
- Это правда, серый, волк,
Что надежду я обрёл?!
Волк не стал искать слова:
- Сам себе я голова!
Коль мне челюсть не свело,
Мой язык не помяло!
Рассмеялся заяц вдруг:
- Побегу тогда я, друг!
И помчался зайчик в лес,
Смех разносит до небес.
Волк головушкой качнул,
С песней к реченьке рванул.
Он у речки слышит крик,
Волк узрел картину вмиг;
Тонет в речке человек,
Не сомкнёт он в страхе век.
Прыгнул тут же в речку волк,
Человека не подвёл;
В тех трудах его он спас,
Волк не прятал добрых глаз.
Человек пред ним робел,
Словом он едва владел:
- Мяса нет на мне, волчок,
Худ и бледен мой бочок!
Спас меня, милок, ты зря;
Нечем радовать тебя!
Волк в улыбке той расцвёл,
Речь он тихую завёл:
- Мяса я, мужик, не ем,
Волк, я как бы, не совсем.
Для меня еда – грибки,
Та малинка, корешки.
Так что шибко не боись,
Предо мною, друг, не гнись!
Тут мужик на ноги встал,
Волку просто он сказал:
- Хороша благая весть,
Окажу тебе я честь!
Трудно станет, приходи,
Лап ты бегом не труди!
Раз ты очень добрый зверь,
Для тебя открыта дверь!
Моя хата за селом,
Жду тебя я за столом!
Распрощался с ним мужик,
Двинул к дому, напрямик.
Волк был счастлив до небес;
В дело он не зря полез!
Скоро в лес пришла зима,
Стало волку не до сна;
Ни покушать, ни поспать,
Звёзды начал он считать!
За зимой и холод вслед,
Волку он принёс семь бед!
Волчья мысль была легка;
Вспомнил он про мужичка.
Волк в посёлок поспешил,
Дверь мужик пред ним открыл:
- Что, волчок, достал мороз,
Приморозил, вижу, нос?!
Проходи ты в дом, не стой,
Не скучать нам в нём с тобой!
Полезай скорей на печь,
Лап там холодом не жечь,
И живи, не знай забот,
По весне мороз уйдёт!
Волк на печке в думку впал,
Он лежал и рассуждал:
- Хорошо всё ж добрым быть,
Вот, теперь в тепле мне жить,
Был бы лютым я и злым,
Выл под небом бы седым!
Ну, а завтра срочно в лес,
У меня в нём интерес;
Подкормить зверюшек всех,
Не кормить их просто грех!
Скоро спал он без тревог,
Хмурым спать волчок не мог.

Конец

Автор: Виктор Шамонин-Версенев

Про Фому я в этот раз,
Начинаю свой рассказ.
Был Фома по-жизни, прост,
У Фомы достойный рост,
Нос c горбинкой и остёр,
Взгляд открыт и чуть хитёр,
На глазах - чернявый чуб,
Губы - просто нитка губ.
Добрым парнем он прослыл,
Рано в брак Фома вступил;
Нажил с жёнкой пятерых,
Взял ещё детей троих;
Прямо с улицы их взял
И ничуть не горевал.
Только вышел вдруг расклад,
Был Фома ему не рад;
Нет работы, хоть кричи,
По-собачьи хоть рычи!
Скоро шёл Фома тропой,
Разговоры вёл с собой;
Много пройдено дорог,
Не даёт работы Бог!
Сел в лесу Фома на пень:
- Вновь не мой сегодня день!
Век бы чёрта поминал,
Если б он работу дал!
Только высказал он мысль,
Тенью чёрт пред ним завис:
- Вижу ты, Фома, грустишь,
Сам с собою говоришь!
Я тебе работу дам,
Мужику без дела срам!
Разводи огонь скорей,
Супчик мне готовь сытней;
На дровишки свали дубок,
Да добротный,не годок,
И прошу, пошевелись,
Предо мною не срамись!
Слов Фома не говорил,
В лес с верёвкой он убыл,
Стал обвязывать ей дуб,
Был на слово очень скуп;
Стал обвязывать второй,
Ощущал в душе покой.
Вдруг он кинул беглый взгляд,
Стал вязать дубы подряд.
Прибежал в испуге чёрт,
На Фому глаза опёр:
- Что ты делаешь, Фома,
Не сошёл ли ты с ума?!
А Фома в улыбке весь:
- Ты в мои дела не лезь!
Лес хочу за раз я взять,
Что по дереву таскать?!
Славный выйдет, бес, костёр,
И жаркое, из тетёр,
А коль есть один супец,
Скорый ждёт тебя конец!
Чёрт глазёнки округлил,
Взглядом он Фому сверлил.
Дуб столетний вырвал бес,
Шёл по тропке с ним в присест,
На дрова его сломал,
Суп сварил и сам умял.
Чёрт с Фомою рядом лёг,
Мысли он собрал в клубок:
"Ну, работничек, дурак,
Расшибёт свой лоб, за так,
Но спины пред мной не гнёт,
Говорит - во взгляде лёд"!
Чёрт в смятении уснул,
Он не раз во сне всплакнул.
Только зорька над рекой,
Чёрт стоит уж пред Фомой:
- Драться я с тобой хочу,
Это дело оплачу!
Может, трусишь ты, Фома,
Ведь прошу, не задарма?!
Да Фома не дует в ус,
Не такой уж чёрт и туз:
- Если ты сказал всерьёз,
Поддержу я твой запрос!
Чёрт осину обогнул,
На себя её пригнул,
Вмиг у корня надломил,
Пред Фомой он с ней застыл.
Тут Фома стоять не стал,
Он дубину отыскал,
Крепко сжал её в руке,
Слов не прятал в кулаке:
- Нет, так дело не пойдёт,
Там, где драка, там народ;
На полянке есть изба,
В ней сойтись нам, чёрт, судьба!
Чёрт, не смел идти в отказ:
- Огребёшь ты там не раз!
Сам ты подал эту мысль,
Я нашёл в ней только смысл!
В избу чёрт осину внёс,
С ходу он в осину врос;
И ни встать ему, ни сесть,
В ветках чёрт зарылся весь;
И к двери прохода нет,
Чёрт готов держать совет!
Вмиг Фома пред ним возник,
Не срывался он на крик;
Бил бесёнка, не жалел,
Перед ним не костенел!
Как взмолился скоро чёрт:
- В дело ты, Фома, упёрт!
Нужно меру всё же знать,
Коль убьёшь, деньжат не взять!
Пожалел его Фома:
- Я же бил не задарма!
Если б ты мне не платил,
Я б тебя, мой друг, не бил!
Чёрт в испуге том притих:
"Не дурак Фома, он псих!
Это я, видать, дурак,
Дюже он охоч до драк"!
Бес рукою вытер рот,
Голос слабый подаёт:
- Для меня уж не секрет;
На осине веток нет!
Рук со мною не труди,
За водой скорей иди,
У колодца есть ведро,
Полни с верхом ты его,
И спеши, Фома, назад,
Я водичке буду рад!
Не спешил Фома, ничуть,
Двинул он из дома в путь,
У колодца встал столбом,
Он в ведро упёрся лбом;
Не ведро, а чудеса,
Хоть на полку те глаза;
Вёдер так на двадцать пять,
Да Фома не стал скучать.
Он лопату в руки взял,
На ладони поплевал,
Стал вокруг колодца рыть,
Словом дерзким чёрта крыть.
Чёрт не выдержал, бежит,
Зверем раненым рычит:
- Что ты делаешь, Фома,
Ты меня лишаешь сна!
И Фома вдруг стал кричать:
- Мне ведро в позор таскать!
Ты водицы много пьёшь,
Разве всю в ведро возьмёшь?!
Вот колодец взрою весь,
В дом внесу его, как есть!
Пей тогда ты воду, пей,
Упрекать меня не смей!
Чёрт совсем оторопел:
"Вот работник, озверел!
Он не псих, видать, маньяк,
Несть колодец, просто так"!
Чёрт ведро легко поднял,
Долго жажду утолял,
Возвратился снова в дом,
В думке горькой, за столом:
"Расставаться с ним пора,
Не дожить мне до утра!
У меня душа болит,
Дел таких он натворит"!
Вызвал в избу чёрт Фому,
Говорит в сердцах ему:
- Оплачу тебе я труд,
Я не скряга и не плут;
Поработал и домой,
Встреча ждёт тебя с семьёй!
Да Фома не знал каприз,
У Фомы готов сюрприз:
- Расставаться нам нельзя,
Уж привык к работе я!
Тех силёнок, знаешь, в край,
Только чаще запрягай!
Подскочил на месте чёрт:
- Больно ты в делах шустёр!
Расстаёмся и без слёз,
Не питай особых грёз!
Тут Фома улыбку скрыл:
- Ладно, чёрт, уговорил!
Дай мне денег столько, друг,
Чтоб я всех кормил вокруг;
Только знаешь, хошь не хошь,
На хребте ты их попрёшь,
Без обиды, прямиком,
Покажу тебе свой дом,
А иначе не уйду,
Жили мы с тобой в ладу!
Чёрт мешок с деньгами пёр,
Он одну мыслишку тёр:
"Дел с ним больше не меть,
Сам себя загонишь в клеть!
Славный вышел мне урок,
Хорошо, деньжонок впрок"?!
Деньги чёрт в мешке донёс,
У крыльца он вытер нос;
Сбросил с плеч тяжёлый груз,
Язычок держал в прикус.
Вдруг в том доме крик и гам,
Сердце чёрта, пополам:
- Что за крики, а, Фома,
Подозрительно, весьма?!
А Фома ответ даёт:
- Жёнка делает заход!
Дети тоже, слышь, кричат,
Съесть они тебя хотят;
Тех детишек не стреножь,
Чёрт, как блюдо, дюж хорош!
К лесу чёрт бегом рванул,
В беге все пенёчки пнул,
А Фома пустился в пляс,
На мешок взглянул не раз;
Знает, будет в доме бал,
Ведь не зря он так пахал.

Конец

Склонилась Русь над тихою рекою
И долго так смотрелась в гладь воды,
И любовалась долго так она собою,
Что месяц ей вдруг крикнул с высоты:
- Ой, хороша ты, Русь, я это знаю,
Такой всегда ты, матушка, и будь.
Смутилась Русь и тихо отвечает:
- Я так... поправить... локон чуть.

Ворон с филином не спят,
На сосне в тиши сидят,
С детских лет они друзья,
Их водой разлить нельзя.
Встрепенулся ворон вдруг,
Голос ворона упруг:
- Ох, дружище, не смолчу,
Дай тебя я огорчу!
Страшный ты и неуклюж,
Огрызаться больно дюж,
А глаза, коль в них взглянуть,
В страхе можно утонуть!
Пучишь ты их день и ночь,
Их закрыть тебе невмочь,
И откуда ж ты такой,
Недовольный и смурной?!
Огрызнулся филин вмиг,
Он готов размять язык:
- Под собою рубишь сук,
Видел ты себя, а, друг?!
Твой окрас, ну просто срам,
Не на зависть он бобрам,
А на клюв твой поглядеть,
Сразу можно умереть,
Да и лапы те - беда,
Волочёшь ты их всегда,
И характерец твой жуть,
В голове болота муть!
Ворон как-то приутих,
Глаз не прячет он своих:
- Ты обиды не держи,
Не в злобе я так скажи,
А вот род мой знатный, друг,
Это видно всем вокруг!
Твой же род совсем простой,
Глаз не спрячешь за горой!
Филин в гневе побледнел,
Перед ним он не робел:
- Ты глаза мои не трожь,
Иль до ста не доживёшь!
Род мой знатен и могуч,
Словом ты себя не мучь!
Ворон смех свой не сдержал,
Он пред ним крылом махал:
- Всё-равно не спрячешь глаз,
Весь твой род в них, напоказ!
Филин вдруг пошёл в разнос,
Воротит от друга нос:
- Ты с помойки кости ешь,
Не терплю таких невеж,
И твой знатный славный род,
Всё везде всегда клюёт,
Тащит в дом он всё подряд,
Блёсткам разным будет рад,
И помойка - ваш удел,
Слышать это ты хотел?!
И рванулся филин в бой,
Взгляд у филина чумной,
Да и ворон был не хил,
В бой он с филином вступил,
Гвалт и крики на весь лес,
Драка чудо из чудес,
Пух и перья на ветвях,
Им неведом просто страх,
А когда тот бой затих,
Вдруг исчезла дружба их.
До сих пор они живут,
Взглядом тем друг друга жгут,
Тратят слов своих запас,
Не жалеют крепких фраз.

Конец

"Собака лает. Ветер носит.
Борис у Глеба в морду просит...
. . . . . . . .
Пускай художник, паразит,
Другой пейзаж изобразит."

"Набросок" И. Бродский

З А Р И С О В К А

Бог сидит верхом на туче,
В тонких пальцах глину мучит:
- Ох, сейчас чего-то будет!..
Кто, Меня-Творца, осудит?..

Мягкий розовый закат,
Красный ситцевый халат,
Полной тыквы семена:
- Тьху! - Маруся влюблена.

Рядом с ней Крутой как дуб -
В меру нежен, в меру груб,
Отутюжен, в меру пьян -
Ясно-солнышко Иван.

Ночь. Плетень. Рука в руке.
Брешет Жучка вдалеке.
По реке баржа плывёт...
Жучка брешет. Жизнь идёт!

Ванька жмёт от Маньки сдачу.
На лежанке дети плачут.
Жучка пастью давит блох...
- Тьху!.. - затылок чешет Бог.
_________________________

Я тебя люблю.

Люблю я розу белую , она напоминает мне тебя
Так же красива и нежна. Букет из белых нежных роз
Он восхищает и волнует кровь , тебе хочу дарить любовь.
Я замираю от прикосновения . Прошу : "Остановись мгновение".

ПР: Я тебя люблю , твой каждый взгляд ловлю
Поверь ты мне и будь со мной, милый Ангел мой.
Я люблю тебя , роза белая.
Ты как звезда в ночи горишь
Слова любви мне говоришь.

Я приду к тебе во сне и растворюсь в твоём дыханье
Растворюсь в твоём дыхании
В не написанном письме, со слезой прочтёшь моё признанье
Прочтёшь моё признанье , я замираю от прикосновения,
Прошу : "Остановись мгновенье".

Пр:

Посвящение Фредди Меркьюри.

слова Н.Телешевский.
муз.В.Пятаев.

Африканская гордость,солнечный Занзибар
остров голоса века,богом данный сигнал
Камни чёрного цвета Танзанийский овал
Жизнь его арабеска,ежедневный скандал
Продолжается шоу,будет светлой печаль
Проплывает над миром "Квин" небесный вокал
Океана пространство и над ним небосвод,
Резонируют скалы,ноты высоких полёт

припев:

Шоу должно продолжаться. Фредди ты так говорил
Пастырь с паствой расстался,но жизнь завещал другим.
Король эпатажа и звука,всевышний благословил.
Шоу должно продолжаться,смерть это чья-то жизнь.

Приближается полночь,после жаркого дня.
Я на улице Фредди выпью виски до дна.
Африканская гордость,солнечный Занзибар
остров голоса века,богом данный сигнал.

Припев:

Шоу должно продолжаться. Фредди ты так говорил
Пастырь с паствой расстался,но жизнь завещал другим.
Король эпатажа и звука,всевышний благословил.
Шоу должно продолжаться,смерть это чья-то жизнь.

Шоу должно продолжаться. о Фредди так пел всегда он
Шоу должно продолжаться Шоу шоу show must go on.