На третий день не стало света,
И ветер выл, вздымая снег.
Казалось, будто плачет где-то
О невозвратном человек.

Зажгли свечу. Дрожало пламя.
Смешалось время в белой мгле.
Молчали, встретившись глазами,
О чём-то главном на земле.

И покаяния искала
Душа, и не было пути
Иного: «Господи, - шептала,-
И тех, кто предал нас, прости…»

Теперь по-новому был значим
В земной печали тихий дом,
И вот уж песнею - не плачем -
Звучала вьюга за окном.

Засыпая с рассветом, сутулятся
Утомлённых дорог фонари.
Я люблю эти белые улицы
С нарастающим светом зари.

Ветку стылую с ранней синицею,
Придорожных тропинок разбег,
И безмолвие зимней провинции,
И внезапный божественный снег.

Чистоты первозданной соцветия
На мгновение скроют мой путь -
И смешаются дни и столетия,
И уж выйду не я – кто-нибудь.

И не мне, а кому-то страницею
Обновлённой откроется даль;
Залюбуется он ранней птицею
И поймёт белых улиц печаль.

И отыщется истина скрытая,
И всему установится счёт…
Что-то важное, только забытое
Так давно нашей памяти ждёт.

Зимний день улетает лебедем,
Ночь крадётся к окну чернавкою.
Что я слышу в вечернем лепете
Круглолицых часов с подставкою?

Всё как будто на что-то сетуют
И меня вразумить пытаются.
В небесах золотой монетою
В ярких звёздах луна катается.

Хорошо быть, наверно, вечною
И земного не знать томления…
Как созвучны моё, сердечное,
И усталых часов биения!

Ночь уйдёт - встанет солнце раннее,
Соберётся с последней силою.
Снова – ходиков бормотание,
И родное уже, и милое.

Душа отрадою полна.
В песок горячий бросив платье,
В твоё прохладное объятье
Опять спешу, моя волна.

Мы снова вместе… Небосвод
Всё так же чист и безмятежен;
И чайки, кажется, всё те же,
Как будто день прошёл, не год.

Куда зовёшь меня? Боюсь:
Твоей свободы не дано мне.
Но ты одну из многих вспомни,
Когда однажды не вернусь.

Минутам счастья нет цены.
Играй, волна, красою властной!
Ничто на свете не напрасно,
Пока надежды нам верны.

Даль полуденная бледна.
Пуст скворечник, темно оконце…
Отчего не звенишь, весна?
Где твоё золотое солнце?

Ты ль забыла: вместить не мог
Мир сияющей благодати?..
Подари хоть один цветок
Невесёлой земле на платье.

Не тревожит тебя зима:
Настежь вымокшие ворота…
Что-то выдумала сама,
Разобиделась на кого-то.

Вон гони черноту снегов,
Окна серые мой до блеска!
Видишь, ветер сушить готов
Бирюзовые занавески.

Утопи в златоцветье день!
Улыбнись. Заложи карету.
Медуничный венок надень
И отправься навстречу лету.

Дышать весной, её цветами,
Заглядывать в прозрачность луж
И видеть небо с облаками
И первых трав зелёный плюш.

Следить, как лёд последний тает
У камня белого на дне,
Как пузырьков весёлых стая
Спешит из вод навстречу мне.

Смирять восторг: с весенней каплей,
Срывающейся в водостой,
Подснежник замер белой цаплей
Над прошлогоднею листвой.

Идти туда, где в медуницу
Упала солнечная нить,
Туда, где тенькают синицы;
Их слушать, радоваться – жить!

В комнату тихо войдёт
Полночи зимней уют.
Кажется, звёзды вот-вот
Тонкие шторы прожгут.

Золотом искр на полу
Станет прозрачная ткань…
Шапочкой красной к стеклу
Сонно припала герань.

Столько спокойствия в ней!
Может быть, знает она
Тайну далёких огней,
Думу ночного окна?

Ива у воды.
Нет ни слёз, ни голоса.
В зелень череды
Уронила волосы.

Всё влечёт тоска
К берегу какому-то.
Тихая река
Зазывает в омуты.

До ночной звезды
Травы что-то пели ей.
Ива у воды
Кажется Офелией…

За тихим утренним окном
Снежинка белая плыла
И лёгким, трепетным цветком
Касалась чистого стекла.

Её, наверное, привлёк
Букет на краешке стола.
Но как он с ней сравниться мог:
Он угасал – она жила.

Ещё завьюживал февраль,
Её подруг сводил с ума.
Казалось ей, летящей вдаль:
Жизнь бесконечна, как зима.

И в сердце не было тоски,
И дела не было совсем,
Что опадают лепестки
Прекрасных жёлтых хризантем.

У этой тишины спокойный взор
И лёгкое дыхание.
Она чуть тронет шторы: синий двор,
И снег, и звёзды ранние.

Покорно, тихо следую за ней,
И сердце радо случаю
Разгадывать язык ночных огней
И таинство беззвучия.

В её заветный мир стремлюсь душой,
Исполненной доверия,
Спешу в предчувствии беды большой
И в горечи потери я;

В смятенье дум, в бессонницу ночей,
В колодце тьмы потерянных;
В усталости от льющихся речей
Друзей самоуверенных;

И в радости, пришедшей невзначай
И ставшей мне спасением…
Как тихо и легко! Дымится чай.
Безлюдье. Воскресение.

Простая сокровенность бытия.
И снег, и звёзды ранние…
Всего мне не постичь. Но знаю я
Высокое молчание.

Мне, знаешь, не хватает декабря
С его уютом синим, ночью ранней,
Со вкусом романтических мечтаний,
С надеждой на листке календаря.

С его предновогодней суетой,
Блестящими шарами на витринах,
И ветками абхазских мандаринов,
И улицей, от света золотой…

Ловлю себя на том, что поутру
Чего-то жду, чего – сама не знаю;
И я с окна гирлянду не снимаю,
И ёлку всё никак не уберу.

Утро. Сумрак. Звонкий скрип.
Улицы чисты.
Расцвели на ветках лип
Снежные цветы.

Месяц тонок, сероглаз.
Звёзды чуть видны.
Как люблю я этот час
Зимней тишины!

Небо, стужею дыша,
Дремлет надо мной.
Открывается душа
Радости земной.

Свет в окне. Тропа к крыльцу.
Белые кусты.
Сыплют под ноги пыльцу
Снежные цветы.

Люблю декабрь. Земли сиянье
И россыпь звёзд над головой.
Огней далёких ожиданье
И скрип весёлый под ногой.
Люблю густой, чернильный вечер,
И чёрно- белые тона,
И снег, летящий мне навстречу,
И свет лимонный из окна,
Лыжню, проложенную косо,
И детских шалостей разгул,
И пса, что с кожаного носа
Снежинку белую слизнул.

Рдеет ночь. Тревожно. Сиро.
В чёрных клочьях высь.
Словно все печали мира
В сердце собрались.

Гул растёт. За мною мчится
Время – печенег.
Слышу речи, вижу лица.
Двадцать первый век.

Только права на ошибку
Случай не даёт.
Кто-то первым в руки скрипку
Вещую берёт.

Как нужна душе смятенной
Дивных звуков власть!
В них – и боль, и зов священный,
И молитвы страсть.

Горечь. Гордость. Память… Снова
Русский непокой.
Вновь на поле Куликово
Рать ведёт Донской.

Рдеет ночь. Туман ложится
На червлёный щит.
Бьёт подковой кобылица.
Музыка звучит…

Белое сиянье на дворе -
И в земное счастье верить просто мне.
Как хрустят в морозном ноябре
Зимние крахмаленые простыни!..

Я вхожу в заснеженную новь,
В сладкий плен смятения сердечного, -
Встрепенулась птицею любовь
К тишине и свету мира вечного.

Лишь бы - я молю - заветный миг
Грешной мыслью не спугнуть нечаянно.
Русской стужей пахнет воротник,
И дымят уютные окраины.

Встанет солнце - запылает снег,
С двух берёз сорвутся в небо вОроны...
Что тебя печалит, человек?
Отчего глаза отводишь в сторону?

Зачем приснился мне, скажи.
Твой поцелуй неторопливый
Вновь уличал меня во лжи.
А я хотела быть счастливой!
Но не была. Нет, не была.
Ты целовал, а я скучала.
Луна за шторами плыла
И грустно головой качала.
И ты искал ответа вновь,
Я отводила взгляд невольно...
Но если это не любовь,
То отчего так сердцу больно?

Накроет меня шатром
Раскидистая ветла.
Подумаю: «Вот и дом,
В котором бы я жила».

Уютно. Ни хмурых туч,
Ни солнечного огня.
«Чик-чик»,- поверну я ключ.
Никто не найдёт меня.

Ещё бы мне стать цветком,
Постичь тайну диких трав…
Как в детстве, ищу я дом,
В мечты от судьбы сбежав.

Воздух пахнет хвоей сладкой.
По камням спускаюсь вниз.
Там стоит зелёной хаткой
Молчаливый кипарис.

Юн совсем, но уж покоем
Отрешён от блеска дня.
Что же знает он такое?
Чем влечёт к себе меня?

То ли музыке печали
Он внимает, не пойму,
То ли вечной жизни дали
Открываются ему.

Или к родине далёкой
Верным сердцем устремлён
И душою одинокой
Только в думах счастлив он?

Вновь уводит жёлтая дорога
В грустную, туманную страну…
Ни о чём я не спрошу у Бога,
Лишь на небо серое взгляну.

Всё, что неизбежно, совершится.
Вот и осень наступила в срок;
С ветки поднялась устало птица;
Отгорел оранжевый цветок.

«Распорядок действий»* послан свыше.
Что мои бессильные слова?
Падает и падает на крыши
Яркая сентябрьская листва;

Вниз срываясь, проплывает мимо…
Ничего не повернуть назад!
Мысль свободна, но неотвратима
Цепь нелёгких жизненных утрат.

Как мне жаль того, что не случилось,
Что осталось трепетной мечтой!
Может, оттого, как Божья милость,-
Эта осень и земли покой?

*Цитата из стихотворения Б. Пастернака «Гамлет»

Красные листья упали на крышу,
Куст у дороги продрог.
Шелест травы увядающей слышу,
Вижу последний цветок.

Тихая осень! Свежо и печально
В утренний час на земле.
Вьётся над прудом, над гладью зеркальной,
Птица с пятном на крыле.

Есть что-то вечное в этой картине.
Ласково листья шуршат…
Осени, осени тихой отныне
Просит для счастья душа!