На тонкой нитке солнышко висело.
Под облаками о лете тёплом пело.
К ней в гости тучка заплывала.
Как на качелях солнышко качала.
Утреней росой нежно умывало.

Ветерок – шалун мимо пролетал.
Радугой из звёзд солнце накрывал.
Что б ни простудилось. Ночью не раскрылось.
Ну а утром вновь сверкало и искрилось.
В небе голубом смеялось, веселилось!

Сентябрь 2014.

" Небесная сотня "

Усыпан весь Майдан цветами
И свечи, на земле горят
Их, будут помнить со слезами
Кто жизнь отдал, у баррикад

Так жить как жили, не хотели
Не думав только о себе
И жизнь свою, не пожалели
Чтоб только мир был, на земле

Быть в стороне, им не судилось
Когда Украинский народ
Не смог терпеть, все что творилось
От банды зэков и воров

С той властью, что продажной стала
Нет, стоп - не так: она всегда была такой
Глухой, циничной, кровожадной
Как стая бешеных волков

Нам не вернуть, уже их к жизни
Я, знаю что они уже в раю
Они отдали все Отчизне
Что Украиной, я зову

Небесной сотней их назвали
Им ангелы с небес поют
Героев наших именами
Детей потомки назовут

Их память, будет вечно жить
И в храмах колокольни бьют
Славу героев, не забыть
И ты их Украина, не забудь.

Выйду в поле на рассвете,
Встречу алую зарю,
Запоёт тихонько ветер,
Я тихонько подпою,
Вдаль уйду и затеряюсь,
Не ищите вы меня,
В роще милой растворяясь,
Слушать буду соловья,
А когда над рощей встанет
Вечер тёмно-голубой,
Он меня назад поманит,
В дом знакомый и родной.
Встретит пёс меня лохматый,
Лаем встретит и в размах,
И на ласку скуповатый,
Прослезится на глазах.

Уставший клоун, тихонечко присел,
Возле старых, покрашенных дверей.
Он уже не молод.
Он уже старик.
И с каждым днём всё тяжелей даётся
Выход на арену.
Смешить людей.

Старые двери, покрашенные в зелёный цвет,
Сколько они повидали, за сотню с лишним лет.
Люди приходили.
Люди выходили.
С собой частичку детства в сердце уносили.

Старый клоун устал.
Болит голова.
Но он доиграл свою роль до конца.
В партере сидели дети
Из детских домов.
И клоун дарил им радость
Смех и тепло.

Немножко посидит
И он пойдёт домой.
В ночной подсветке,
Сияющий цирк засыпал,
За его спиной.

Он шёл по старой улице.
Он шёл в свой старый дом.
В нерасселянную коммуналку,
Которая где-то там, за стеной.

Ночью клоуну приснились дети.
Их весёлый, радостный смех.
Он улыбнулся во сне.
Он понял,
Что не зря выходил на арену
Много, много лет…

Сентябрь 2014.

Служба каждого солдата,
На смекалку ту богата.
Как-то летом, в час ночной,
Встал солдатик на постой.
Он и голоден, и квёл,
Он с тоской глядит на стол.
Только стол тот чист и пуст,
Над столом тот свет не густ,
А старушка перед ним,
Не парит, как херувим.
Перед ним она, как дуб,
Взгляд её совсем не люб,
Бровки хмурит и сопит,
Жадность в бабушке не спит.
Да солдату дела нет,
До её проблем и бед:
- Я, бабулька, есть хочу,
Хоть ворону проглочу!
Только вижу, хнычь не хнычь,
От тебя не жди кулич!
Врать старушке в самый раз,
Врёт старушка без прикрас:
- Я бедна, солдатик, знай,
Вышел в год неурожай!
Тут, в углах, не пискнет мышь,
В сундуках тех дремлет шиш!
Наш солдат не знал каприз,
Пред старушкой он не кис:
- Вижу сам, что ты бедна,
Бедность тут во всём видна,
Но коль есть в углу топор,
Ни к чему нам разговор.
Кашу, мать, из топора,
Сварим в часик-полтора!
Удивилась бабка, страсть,
Только бабке кур не красть:
"Вижу ты, солдатик, хват,
Но простецкий ты солдат!
Угоститься я не прочь,
Сладкой будет эта ночь"!
Был солдат на дело скор,
В чугунок вложил топор,
Вмиг залил его водой
И на печь, в огонь живой.
Улыбался он и цвёл,
Сеть старушке снова плёл:
- Будет кашка славна, мать,
Слов мне в яму не кидать!
Вот прошёл какой-то час,
У солдата вспыхнул глаз.
Взял солдат на пробу вар:
- Ох, какой у нас навар!
Всыпать бы крупы чуток,
Не закрыть бы мне роток!
Ел бы кашу, не бледнел,
На глазах твоих жирел!
Бабка ходом и в сундук,
Не впервой трудить ей рук;
Принесла той гречи в край,
Только делом управляй!
Похвалил её солдат:
- Нам крупы, мать, в аккурат!
Будет, чем заполнить брешь,
Только радуйся и ешь!
Полчаса прошли, что миг,
У солдата время пик:
- Что за прелесть кашка, мать,
Запах кружит, не унять,
А коль вышло каши впрок,
Нам бы маслица шматок,
И в ту кашку, в самый жар,
Это будет Божий дар!
Уловила бабка спрос,
Ей решён в момент вопрос.
Чугунок солдат на стол,
Речь он скромную повёл:
- Нам бы ложки, хлеб и соль,
Пальцы тут уж не мусоль;
Открывай пошире рот,
Ложку чёрт не отберёт!
Бабка к полке и назад,
Ложку в руку взял солдат,
Посмотрел на соль и хлеб,
Духом вмиг солдат окреп:
- Вынимать топор не сметь,
Каши вкус уйдёт, заметь,
А топорик чудный, мать,
Грех тебе его терять!
Бабке радость и не скрыть,
Ей придётся с нею жить:
- Чудный, правда, мой топор,
Просто радует он взор!
Стану я его беречь,
От соседей тех стеречь"!
Ложки знали цепкость рук,
Долго шёл по дому звук,
А потом забрёл к ним сон,
Был цветным и крепким он.
Утром ранним встал солдат,
На старушку бросил взгляд:
- Врать мне, бабка, не с руки,
Будут дни твои легки;
Есть топор и есть дрова,
Руки есть и голова,
Есть крупа и масло есть,
Будет, с чем за стол присесть,
А коль в доме хлеб да соль,
Голод в доме ты не холь.
Бабке он поклон отдал,
Путь с улыбкою верстал,
А старушка вмиг в надзор;
Не дай Бог упрут топор,
Да и думка та при ней;
Не созвать ли в дом гостей?

Конец

Ты даёшь мне ключ от рая?
Дар твой, ангел, не приму,
Мне дороже Русь святая;
Ближе сердцу моему,
И поверь мне, здесь пейзажи,
Уж не хуже райских кущ,
Хоть не видел рая даже,
Слов своих я не стыжусь.
Ангел мой взлетел счастливый:
- Прав, однако, ты поэт.
Там, в раю, у нас красиво,
Но таких красот там нет.

Тебя рисую кистью на холсте –
Узорами замысловатых букв.
Где звёзды меркнут в красоте
Твоих прекрасных глаз и губ!

Под солнцем юга, в голубой волне,
Русалкой ты плескалась в море.
Улыбкой, надежду подарила мне,
Что я забыл об одиночестве и боли.

Под пальмами, в тиши аллей,
Бродили мы с тобой неспешно.
Цикады пели, шелестел прибой.
Ты за руку мою держалась нежно.

Но дни летят и расставанье близко.
И между нами километры автострад.
Но знай малыш, твои читая письма,
Всегда узорам строчек рад!

Сентябрь 2014.

Не пил ни грамма, я клянусь!
С утра не похмеляюсь.
В её глаза взглянул, моргнул
И понял, пропадаю!

В Аланье гид, поведал нам,
Всем тем, кого нашёл –
Что есть земля, что есть моря!
И лекцию прочёл.

Израиль, мёртвые моря,
Голгофа, Иордан.
А вы сидите здесь друзья,
Не ведая, что там!

Ты захотела посетить
Израиль и Стену Плача.
Когда я за себя платил,
То думал, что заплачу!

По двести баксов сняли с нас.
И я махнул рукой!
Когда ещё, в который раз,
Я полечу «домой»!

На «землю предков» я лечу!
Свобода! Красота!
Быть может «родственников» найду!
Или они меня!

Я познакомился с тобой,
За два дня до отлёта.
Ласкало солнце! Пел прибой!
Ты Таня! Я Алёша!

Ты волновалась, а я нет –
Жуя сосиску в тесте.
Передаю я всем привет,
Кто знает мои песни!

В Анталии сидим и ждём
Посадки в самолёт.
Неспешно курицу жуём,
Картошку фри, компот.

Задержан рейс на два часа.
Нас кормят. Сервис всюду.
В Стамбуле ветер и гроза.
А «Боинг» наш от туда!

Какой-то лысый в Дюти фри
Переборщил с бутылкой.
Но если выпил, так молчи!
Или играй улыбкой!

Он поднял панику, крича –
Вы, что тут, обалдели!
Ведь там стреляют! Там война!
И все как загалдели!

Мальчишку вызвал наш народ –
Агента из ТезТура.
Он людям объяснить не смог.
А я без перекура!

Забыв про прежние мечты,
Туристы шли на выход.
Я в кресло вжался у стены
И потихоньку фыркал.

Ты волновалася за дочь.
Ушла вместе со всеми.
Гоню я злые мысли прочь.
Остановилось время!

Осталась ровно пятьдесят
«Турецких крестоносцев».
Назло чертям, назло врагам,
Летим к евреям в гости!

Сентябрь 2014.

Вот и всё, нет любви между нами.
Рябина качает листвой.
И только девчонка в жёлтой панаме,
Смеётся вновь надо мной.

Опять одиноким бродягой,
По жизни иду не спеша.
Случайные встречи – наградой,
За грусть и печаль без тебя!

Дождик тихонько крадётся
По лужам. Стучится в мой дом.
Проказница осень смеётся,
Под жёлто – красным зонтом.

А может всё обойдётся?
И солнце разгонит туман!
Принцесса к бродяги вернётся,
Что б дописать наш роман!

Август 2014
9 том.

Пацаны на Сканьях,
Пацаны на Вольво,
За баранкой день и ночь,
Крутят шар земной.
Впереди дорога.
Позади дорога.
Дома ждут. В ремзоне ждут
Пацанов домой!

Пацаны серьёзные.
Пацаны надёжные.
На паромах не шумят –
Может лишь чуть – чуть.
«Шрек» душонка тёмная,
Текилою заполнённая,
К персоналу женскому,
Немножко пристаёт!

Длинная дорога –
То в поля, то в гору.
Чёрная Скамейка,
На Берлин летит.
То Кондрат Серёга,
В мае, на пороге,
Немецкого Рейхстага,
Пьёт, за всех водил!

А Козлов Андрюша,
Наша невезуша –
То в Финляндии неделю,
То ножку поломать!
А потом на палках,
Идёт по автопарку,
С гордой головою,
Деньги получать!

Есть водитель Владик –
Дерево искатель!
Ищет он деревья,
С дельфинчиком вдвоём.
Нет, не на стакане!
Может быть по пьяни –
Бегают деревья!
Мельчишат кругом!

Есть ещё «Архангел» -
Водитель не забавный.
Правильный парнишка!
В общем – профсоюз!
Серёга Ворошилов –
Как бы не грешил он,
Но поляки знают –
Он бубновый туз!

Да, ребят здесь много!
Дальняя дорога –
Кто на Финку, кто к норвегам,
Ездят кореша.
Франция, Голландия,
Немецкая земля.
По Европе колесят
Верные друзья!

Август 2013. 9 том.

Где же ты мой кабальеро?
По тебе девчонка плачет.
Ты забыл её в Сан-ремо,
Беспокойный, грустный мачо.

Ты ушёл, она осталась.
Слёзы вытирая куклой.
От корриды отказалась.
И тореро ей обузой.

По тебе грустят красотки!
Волны моря ножки лижут.
Ну а ты в дыму и в водке,
Прожигаешь жизнь без грима.

Где сегодня рвёшь ты струны,
С беспокойством Арлекина?
В Ленинграде иль Бобруйске?
По тебе грустит Мальвина!

Где же ты мой кабальеро?
Почему гитара плачет?
Сан-Диего и Полермо
Помнят музыканта Санчо!

Где же ты мой кабальеро?
Почему девчонка плачет?
Сан-Диего и Полермо
Ждут тебя как пилигрима!

Посвящается «Анатолию из Новобуфетска».
(Анатолию Матросину. Смотри Аркадий Северный
И Братья Жемчужные «Ленинградский Диксиленд»
1977).

9 том. 2014.

В небе чайки кружат
И куда-то зовут,
К той земле,
Что полоской на карте.
Между двух океанов
Пролегает маршрут,
Для бесстрашных бродяг
И морских капитанов.

В небе чайки кружат
И плывут облака,
Над заливом, на закат,
К горизонту.
Только вот незадача –
Бригантина моя,
Уплыла без меня.
Взбунтовалась команда.

В небе чайки кружат
И тревожно кричат.
По причалу
Лишь ветер гуляет.
Я стою на краю
И на волны смотрю.
Где-то там
Мой парус мерцает.

За приливом отлив.
За отливом прилив.
Просто всё,
Проще простого.
Высокие скалы
Окружают залив.
За которым
Океан или море.

Бригантина ушла
Подняв паруса.
Уплыла, толь на юг,
Толи на север.
И с нею мечта
Открывать острова,
Унеслась к горизонту
Как ветер.

9 том. Июнь 2014.

На двоих это небо.
На двоих это Солнце.
На двоих ветер в спину.
На двоих свет в оконце.

На двоих этот город.
На двоих – чай, конфеты.
На двоих один воздух.
На двоих одно лето.

На двоих одна радость.
На двоих одно горе.
На двоих – смех, усталость.
На двоих одно море.

На двоих один берег,
На двоих ночью звёзды.
На двоих парус реет,
На двоих штиль и штормы.

На двоих сказка Грина,
Где Ассоль верит в принца.
На двоих бригантина,
В серой дымке залива.

9 том. Алексей Семёнов
(Спасибо Чиж за идею ).

Здесь что то быть должно другое
Забыто рыцарство и честь.
Прошла эпоха тех героев
Кто смелостью считал успех.
И можно вспомнить Сервантеса
За что он бился средь полей.
Свою любил он Дульсинею
Что б все услышали о ней.
Или мальчишка запинаясь
И робко опустив глаза
Девчонке той, расскажет чувства
С которых кружит голова.
И я хочу быть тем героем
Кто в сердце до сих пор хранит,
Любовь к единственной на свете
С которой хочется мне быть.

Наверно спит уже она.
Пора в дорогу собираться,
Пока нас окружает тьма
Смогу к тебе тогда пробраться.
Как тень мелькну через порог
Бесшумной поступью шагая.
И ловко делаю прыжок,
Ну вот ты. Здравствуй дорогая.
Всю ночь стоять как самурай
Плохие сны все отгоняя.
Вдыхать приятный воздух твой,
К тебе притронуться губами.
Шептать тебе слова любви
И про полёт над облаками.
И как горбатые киты
Расскажут тайны океана.
Ты спи цветочек отдыхай
Ещё не скоро встанет солнце,
Твой страж стоит на страже сна
Уйдёт когда погаснут звёзды.

Часто снятся мне сны, но...увы - о былом!..
Даже ночью покоя себе я не знаю.
Будто я сквозь туман,сквозь дожди,бурелом
Пробираюсь над пропастью - прямо по краю...
Голос снова зовёт - вдаль зовёт он меня.
Отступать нет причин и иду я, не зная,
Что же ждёт впереди?..Ангел,душу храня,
Что-то ласково мне,тихо так, напевает.
А шаги?..Что шаги? Ноги сами идут,
И дорога - легка,но печаль - снова рядом.
Это: душу мою на распятье ведут.
Это: кормят меня вместо завтрака - ядом!

Луна, открытое окно... И тёплый летний дождь.
Но не дождусь я всё равно. В коленях снова дрожь.

Печаль заела дотемна, и в тишине квартир
По дому бродит всё она... Стихи летят в сортир.

И снова лист опять пустой, и снова говорю:
“ Постой, мгновение, постой! Тебя запечатлю!“

А миг ушёл куда-то вновь - и пусто, и темно...
Нет! Миром правит не любовь, хотя живёт давно.

Я раскидаю все стихи, что на столе лежат.
Шаги уверенны, легки, и руки не дрожат.

Я о любви поговорю - с тобой, опять с тобой.
И миру душу отворю, но слышится: “ Постой!“

Вот так всегда, когда летишь, не зная сам - куда;
Порой, такого натворишь, что не сотрут года!

И снова путь - далёк - лежит. Луна. Тоска. Окно.
И кто-то от себя бежит... Но кто - мне всё равно.

я не знаю кто ты незнакомка
в первый раз увидел я тебя зимой
ты стояла возле дерева с ребёнком
молодая мама хороша собой

твой ребёнок спал себе в коляске
ты стояла глядя на людей
проходивших мимо без оглядки
в магазины и домой скорей

ты меня увидела случайно
мимо шел прохожий молодой
по моей походке странной
видно сразу человек больной

может я тебе кого напомнил
может где и виделись когда
потому в тот раз тебя запомнил
поздоровалась со мною ты тогда

много раз теперь на улице встречаясь
каждый раз друг другу здравствуй говоря
хочется спросить но не решаюсь
кто ты незнакомка с февраля

Наступила осень холоднее дни
улетают птицы опадает лист
только ель с сосною украшают лес
потемневший мокрый без своих чудес

за деревней в поле убран урожай
мокнет на окраине брошенный сарай
дождь стучит по крыше ветер за окном
ни куда не вышел холодно кругом

потемнело небо угасает день
мёрзнет за окошком голая сирень
по такой погоде некуда идти
лучше в тёплой комнате с книгой посиди

в уголке устроюсь свет себе зажгу
и в красивый вымысел с головой уйду

Спасибо вам за доброту
спасибо вам за ум и за тактичность
спасибо я вам говорю
за красоту и юмор. вы мне симпатичны

Звереет Саша одинокий
в туманной дымке над рекой
что ловит он в реке глубокой
своей серебряной блесной?

Он ловит рыбу Верхогляда
которая живет в реке
она вкусна к тому ж без яда
вот только косточки везде
******************************

Вот застыл на перепутье
мужичёк обычный
средних лет не стар не молод
и одет прилично

Хоть в очках и лыс немного
но за-то не пьющий
на лицо не Квазимодо
и не гад ползущий

А застыл на перепутье
рыцарь без доспехов
думу думает свою
и к тому-ж без спеха

Думу думает свою
русскую извечно
(что есть Я ?) и (что есть БОГ ?)
(что есть БЕЗКОНЕЧНОСТЬ ?)

В средине марта забурлит река
разбив тяжёлый панцирь льда
появятся прогалины среди снегов
пригреет солнце разбудив скворцов
на голых ветках зачирикал воробей
и в нашем городе становится светлей
хоть грязи в городе полно кругом
а всё же хорошо подуло тёплым ветерком

Я к вам пришёл еще мальчишкой
наверно в семьдесят-втором
с тех пор хожу сюда за книжкой
и в дождь и в снег пусть холода кругом
у вас тепло и интересно
с добром подходите ко всем
не важно кто пришел за книжкой
вы подберёте книги всем
для каждого подход найдёте
совет дадите что еще прочесть
газет подшивку принесёте
уставшему предложите присесть
а вечерами надо дома
сготовить постирать убрать
успеть и то и это надо
с ребёнком надо поиграть
и как вам всё же удаётся
достойно выглядеть везде
всё на себе и дом работа
таких как вы и не найдёшь нигде
******************************************
Библиотека наша целый мир
Газет журналов справочников книг
И чтоб не заблудится в мире этом
Ты можешь обратится за советом

Совет дадут внимательно послушав
И заглянут не в справочник а в душу
И книгу подберут тебе такую
Которая тебя интересует