Как вьется виноград, деревья обнимая
Всей силой гибких рук,
Прижмись ко мне, прильни теснее, дорогая,
Сто раз обвей вокруг.
Прелестное лицо, как бы впадая в дрему,
Склони к щеке моей,
Свой пламень в грудь мою, своей любви истому
Лобзаньем перелей.
Не отнимая губ, не проронив ни слова,
Дай в мир иной уйти,
Сожми еще сильней и поцелуем снова
К земному возврати.
Дай это счастье мне, и я клянусь твоею
Бессмертной красотой —
Другую полюбить вовеки не сумею,
Не воспою другой.
Мне рабство дивное терпеть не будет трудно,
Каков бы ни был гнет,
И нас в Элизиум таинственное судно
Обоих унесет.
То будет смерть в любви, — от нас уйдет земное
Там, в миртовой сени,
Где с героинями поэты и герои
Проводят в счастье дни;
И тени светлые любивших в дольном мире
Стекутся к нам толпой,
И будут счастливы, что на загробном пире
Нас видят меж собой.
И сядем среди них мы на траве цветущей,
И, радуясь гостям,
Любая в их кругу, под сладостною кущей,
Уступит место нам:
